Книга (не)покоренная для Монстра из Бездны, страница 79 – Инесса Голд

Сидеть и ждать, пока хозяин вернется, чтобы покормить или… использовать меня? Нет. Это была стратегия жертвы. Я была Изыскателем. Я находила пути там, где их не было.

Я подошла к стене вплотную. Швов не было. Механизмов тоже. Но я помнила, как это делал он. Никаких заклинаний, никаких жестов. Только воля и прикосновение.

Я подняла руку и прижала ладонь к теплому, пульсирующему камню.

«Выпусти меня», — мысленно приказала я, концентрируясь на ощущении своей новой, темной крови, бегущей по венам.

Стена дрогнула. Материал под моими пальцами стал мягким, податливым, как глина. Он словно пробовал меня на вкус, считывая генетический код. Секунда сопротивления — и камень сдался, признавая во мне свою, пусть и искаженную, неправильную, но часть этого мира.

Черная поверхность пошла рябью и раздалась в стороны, открывая проход.

Я шагнула в коридор.

Это было похоже на прогулку внутри гигантского музыкального инструмента или, возможно, внутри тела левиафана. Стены коридора, уходящего в бесконечность, были не прямыми, а изогнутыми, ребристыми. Они слабо вибрировали, издавая низкий гул, от которого дрожали зубы. Свод терялся в вышине, скрытый переплетением биолюминесцентных «вен», заменявших здесь люстры.

Я шла босиком по теплому полу, и мое платье-паутина шуршало, как крылья насекомого.

Мимо меня проплывали слуги — те самые безликие серые дроны. Они несли подносы с кристаллами, свитки из странной кожи, сосуды с дымящимися жидкостями. Они обтекали меня, как вода обтекает камень, не проявляя ни интереса, ни агрессии. Я была для них просто предметом мебели, который почему-то начал двигаться.

Коридор вывел меня в широкую галерею с арочными проемами, за которыми открывалась бездна города.

И здесь я встретила их.

Навстречу мне двигалась группа существ. Их было пятеро.

Это были не дроны. Это были Высшие. Аристократия К'Тарр.

Они были в гуманоидной форме, но назвать их людьми язык не поворачивался. Слишком высокие — под два с половиной метра. Слишком тонкие. Их движения были текучими, лишенными человеческой резкости, а суставы, казалось, гнулись под углами, недоступными нашей анатомии. Их кожа, от бледной до аспидно-черной, была расписана светящимися узорами, которые меняли яркость в зависимости от… настроения? Мыслей?

Одежда на них казалась продолжением их тел — наросты из органической брони, переходящие в шелк и бархат.

Увидев меня, они остановились.

Они не произнесли ни слова. Но в моей голове, благодаря амулету и моей крови, раздался звук. Это было похоже на статический шум, на скрежет мела по доске, сквозь который прорывались смыслы, но не слова.

…примитив…

…запах грязи…

…зачем Он притащил это сюда…

…мягкая… слабая…

Я почувствовала их эмоции физически, как удар волны. Холодное любопытство. Брезгливость. Так смотрят на крысу, которая забежала на званый ужин в королевский дворец. Интересно, но гадко.

Один из мужчин — высокий, с кожей цвета грозовой тучи и гребнем костяных шипов вдоль черепа — шагнул ко мне.

Он не спросил разрешения. Он просто протянул длинную руку с шестью пальцами и коснулся пряди моих волос.

Его прикосновение было холодным и оценивающим. Он потер волосы между пальцами, словно проверял качество шерсти диковинного зверька.

«Грубая», — прозвучало у меня в голове. — «Хрупкая».