Книга После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть, страница 34 – Виолетта Весна

— Сойдёт, — решила она.

Арсений проверил отдельную кассу, документы и условия хранения.

— Немагическая торговля не входит в лицензию, — напомнила я.

— Зато помещение кафе станет временной точкой выдачи после допуска. Нужно убедиться, что настроенные и обычные составы не окажутся на одной полке.

— Настроенных здесь не будет до отдельного согласования.

— Тогда это попадёт в условия.

Он записал именно мою формулировку.

Предварительная проверка продолжилась в лавке. После ночного случая торговый зал очистили, загрязнённую соль вывезли. Лаборатория оставалась закрытой до контрольных смывов, но вентиляционный мастер уже заменил сетку и воздуховод. Новые контрольные пластины доставили в запечатанной коробке.

Арсений попросил показать путь сырья от входа до готового пакета. Я провела его от карантинной полки к столу приёмки, затем к закрытому хранению и зоне фасовки.

— Сейчас поток пересекается с отходами, — сказал он у задней двери.

— Только потому, что коробки на утилизацию ещё не вывезли. После вывоза проход освобождается.

— В плане это не отражено.

Я посмотрела на схему. Он был прав: я нарисовала идеальное состояние, а не ближайшие три дня.

— Добавлю временную красную зону и отдельное время вывоза. До этого фасовки здесь не будет.

Арсений внес замечание как устранённое проектом, а не как нарушение. Затем проверил аварийный набор. В нём не хватало второго термометра и нейтральной соли на случай разрыва малого порога.

— Сколько соли требуется по норме? — спросила я.

— Два полных объёма рабочего контура плюс двадцать процентов. Ваш план предусматривает круг до трёх метров — нужно восемнадцать килограммов.

— Хранить где?

— В сухом шкафу у выхода. Не рядом с настроенным сырьём.

Я добавила шкаф в смету и вычеркнула декоративную подсветку прилавка. Список становился дороже, но понятнее. Больше всего меня пугали не расходы, а суммы без назначения.

— У вас на производстве был такой же порядок приёмки? — спросил Арсений, осматривая мои цветные зоны.

— Строже. Там одна ошибка портила тонну сырья, здесь пока только мою репутацию.

— Репутация труднее утилизируется.

— Это была шутка?

— Наблюдение.

Зоя Петровна поставила коробку на весы.

— Не отвлекай инспектора. Он ещё должен найти, к чему придраться в журнале.

— Уже нашёл, — сказал Арсений. — В графе восстановления после морока указано «к утру», без времени контрольного замера.

Я открыла журнал.

— Шесть сорок, вкус различал четыре контрольных вещества. Добавлю сейчас с отметкой о позднем внесении.

— Не переписывать строку. Дополнение отдельной записью.

— Разумеется.

Он дождался, пока я внесу время и основание. Такое внимание к мелочи не раздражало: мелочь уже один раз стала чужим приложением к моему дому.

Зоя Петровна прошла по моему плану обучения. Десять работ первой категории под наставничеством, журнал температуры, три успешные остановки по симптомам, отдельный экзамен. Арсений добавил запрет на использование воды источника до обследования камеры и запрет на любые договорные составы.

— Я не собираюсь готовить договорные составы, — сказала я.

— Ограничение связано с обнаруженным загрязнением, а не с вашими планами.

— Тогда понятно.

Итог был промежуточным: заявление принято, лаборатория условно соответствует после контрольной уборки, практику можно вести только с Зоей. Торговать настроенными средствами — после решения комиссии.