Книга Неприятности по обмену, или Магическая интеграция, страница 26 – Екатерина Богданова

— Ты как всегда права, моя радость, — просюсюкал Алик.

Но как только Татинор в очередной раз взял повышенную ноту, привлекая всеобщее внимание, новый знакомый наклонился ко мне и прошептал:

— У тебя правда странная аура, похоже на ней отметка сочетаемости.

— Что это значит? — насторожилась я.

— И на этом наше сегодняшнее занятие закончено! — провозгласил профессор. — Увидимся завтра! Мне уже не терпится рассказать вам о тяготах ответственности и последствиях неверных решений!

— Наконец-то, — закатила глаза Тана. — Я думала, это занятие никогда не закончится.

— Ты говоришь это каждый день, — засмеялся Алик.

— Так он каждый день вгоняет меня в состояние полусна, — пожаловалась Тана. — Пошли уже отсюда! Рина, иди за нами, не потеряешься.

И мне пришлось отложить допрос Алика на тему каких-то там отметок на моей ауре. Но его предположение мне определённо не понравилось! Что ещё за отметки? И пусть я ничего не знаю о своей ауре, в существование которой до этого момента не особо-то и верила, меня не на шутку встревожило известие о том, что на ней есть какая-то там отметка.

— Сейчас у нас тренинг по энергетике, — щебетала Тана, подхватив меня под руку. — Тебе это точно понравится. Если у тебя есть хоть какие-то зачатки магии, ты сможешь почувствовать её!

— Не у всех с первого раза получается, — вставил Алик. — Так что, если вдруг не получится, не переживай.

— Да всё у неё получится! — засмеялась Тана. — Её наверняка заранее подготовили.

— Вообще-то нет, — ответила я. — Меня никто не готовил. Ещё пару дней назад я вообще не собиралась сюда отправляться.

— Ой, да брось, — отмахнулась Тана. — Если твою ауру защитили, значит и магией её насытили. Не удивлюсь, если ты окажешься одной из самых одарённых в нашем наборе. Это же политика. Папа так сразу и сказал, что вся эта программа по обмену студентами подстроена. Вам наверняка будут помогать на каждом шагу, чтобы результаты были хорошими.

— А твой папа, я так понимаю, противник интеграции? — поинтересовалась я.

— Ну что ты! — воскликнула Тана. — Нет, конечно! Он просто разбирается во всём этом. Он второй представитель советника императора по распространению.

— Информирование Магистара о новостях и изменениях в империи, — ответил на мой вопросительный взгляд Алик.

— Угу, СМИ значит, — пробурчала я себе под нос, осознав степень «осведомлённости» отца Таны.

— Нам сюда, — указал на дверь, к которой мы подошли, Алик.

— Рина Бертон? — вдруг обратился ко мне какой-то преподаватель.

— Да, — повернулась к нему я.

— Ректор Алистер ждёт вас в своём кабинете. Я провожу, — произнёс он.

— Увидимся позже, — махнул рукой Алик.

— Я же говорила, — громко прошептала ему Тана.

— Следуйте за мной, — поторопил преподаватель.

Я кивнула и пошла за ним, раздумывая — что же опять такое произошло, что ректор меня к себе вызывает?

Мы спустились в холл и свернули к административной части академии. Но потом мой сопровождающий свернул не в тот коридор, который вёл к кабинету ректора, и меня будто кольнуло что-то. Какое-то нехорошее предчувствие появилось…

— А куда мы идём? — спросила, остановившись.

— К ректору Алистеру, разумеется, — невозмутимо ответил мужчина.

— Но его кабинет в другой стороне, — напомнила я.

— Вы, должно быть, что-то путаете, — улыбнулся мужчина. — Кабинет ректора в конце этого коридора, — указал он в том направлении, где я ещё не бывала. — Вы просто ещё не запомнили дорогу.