Книга Академия Хроноса, страница 129 – Екатерина Богданова

Подруга сидела на кровати, обняв подушку и отрывисто вздыхая. Она не сразу заметила мое появление, а когда увидела — взвизгнула, отшвырнула подушку и бросилась обнимать.

— Я боялась, что больше не увижу тебя, — призналась она громким шепотом.

Я лишь крепко обняла подругу, стараясь сдержать слезы. Раньше никто не заботился обо мне, кроме мамы, и переживания Кико согревали сердце надеждой на настоящую, лишенную рабских оков жизнь.

— Ну, рассказывай, как все прошло, — потребовала кикимора, усадив меня на кровать.

— Мы ели, потом гуляли, — изложила я короткую версию.

— И все? — разочарованно вопросила Кико. — А поподробнее?

— Если поподробнее — я немного разозлилась… — проговорила я смущенно.

Как же она смеялась! Даже соседей разбудила, чему свидетельствовали стуки в стены и пол. Как умудрялись стучать снизу, я так и не поняла. Ну не подпрыгивали же они.

Спать мы легли уже под утро, после того, как Кико с сочувствием пожелала нараю удачи.

* * *

Проснувшись ранним утром, я чувствовала себя выспавшейся и отдохнувшей, чего в принципе не могло быть. Ведь я проспала всего пару часов!

Поделившись с кикиморой недоумением, я услышала ошеломляющее предположение в ответ.

— Наверное, твой поклонник поколдовал со временем, вот ты и успела выспаться, — проговорила она, вяло потягиваясь. — Обо мне он не позаботился, жмот. Может, замолвишь за меня словечко при следующей встрече? Когда она, кстати, будет?

— Наверное, сегодня, — с грустью ответила я. — По крайней мере, нарай так сказал.

— Знаешь, я, наверное, ошибалась на его счет, — причесываясь, задумчиво проговорила Кико. — Возможно, он не такой испорченный, как мы думали. Ну, подумаешь, всего-то несколько детей за последние двадцать лет. Может, это по большой любви.

Наши взгляды пересеклись, и мы дружно захохотали.

— Нет, я серьезно, он же тоже живой, ну нет у бедного нарая единственной и неповторимой, вот и мыкается бедолага, — сквозь смех добавила Кико.

На завтрак мы пошли в прекрасном настроении.

И казалось, что может случиться плохого обычным ясным утром? Но мы не учли одного довольно темпераментного и непостоянного фактора — переживающего переходный период дракона Салимо.

Он поджидал меня у входа в столовую и набросился с расспросами, где я была вчера вечером и почему избегаю его.

— Я не избегаю тебя, правда, — заверила я взъерошенного дракона. — Просто была занята.

— Ты нашла другого! — патетично воскликнул Саламандрик. — Как ты могла, мы же предназначены друг другу.

— У меня другая информация, — вклинилась между нами Кико, беря Салимо под руку. — Сядешь сегодня со мной?

— А как же Юна? — растерянно поинтересовался дракон.

— Она это переживет, — усмехнулась кикимора и поцеловала Саламандрика в щеку.

— И как я должен это расценивать? — послышался злобный рык сзади.

— Ой, Альфред, я забыла тебе сказать, что между нами все кончено, — беззаботно ответила Кико, обернувшись на реплику своего, как оказалось, уже бывшего друга.

— Что? — с проскальзывающим в голосе рычанием вопросил Алфи.

Все присутствующие расступились. Я осталась рядом с подругой, но и она отошла в сторону, оставив Салимо лицом к лицу с разгневанным оборотнем, у которого уже начали отрастать клыки и когти.

Послышалось шипение, и все вокруг окутало паром, но, видимо, система безопасности академии дала сбой, и Альфред остался стоять посреди коридора, медленно трансформируясь в огромного белого с серыми пятнами волка.