Книга Битва темных душ, страница 173 – Вероника Фокс

Я отложила бумаги, откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Всего на секунду. Просто чтобы вернуть себе дыхание.

Но эта секунда растянулась в целую вечность. Тепло солнца из окна мягко легло на лицо, где-то далеко, за стенами замка, звенел детский смех, а ветер доносил из сада запах свежих цветов — тонкий, живой, почти забытый.

И я подумала: «Как же хорошо. Как просто хорошо».

В этот миг дверь распахнулась с таким грохотом, что я невольно подпрыгнула.

— Мама! Мама! Мама!

Двое трёхлетних вихрей ворвались в кабинет. Они телепортировались с одного конца комнаты на другой, сталкивались, падали, тут же вскакивали и хохотали так, что, казалось, дрожали даже стены. В их ладошках вспыхивали васильковые молнии, и от них по ковру разбегались крошечные искры.

— Вин, не бей Дана! — крикнула я, но мой голос растворился в их неукротимом веселье. — Дан, не трогай Вина! — повторила громче, хотя и понимала, что это бесполезно.

Они были одинаковыми — близнецы. Те же кучерявые тёмные брови, те же острые носы, те же голубые глаза, в которых плясали озорные искры. Но Вин был чуть выше, а Дан — чуть шустрее.

И оба они были нашими детьми с Раумом.

Я не могла сдержать улыбку. Как бы я ни была уставшей, как бы ни гудела от напряжения голова, при виде мальчишек внутри меня будто что-то тихо расправлялось — словно крылья, о которых я и забыла, вдруг вспомнили, что умеют держать меня на плаву.

— Мама, смотри! — Дан телепортировался прямо ко мне на колени так внезапно, что стул под нами жалобно скрипнул, а я едва успела удержаться, чтобы не опрокинуться назад.

— Дан, я же просила — не телепортируйся в кабинете! — я схватила его, прижала к себе, и он тут же залился смехом, крепко обхватив мою шею маленькими ручками. Его ладошки всё ещё искрили остатками магии — крошечные васильковые вспышки щекотали кожу.

Вин тут же оказался рядом и повис у меня на плече, вцепившись, будто боялся, что если отпустит хоть на миг, я снова исчезну в ворохе бумаг и неотложных дел.

— Мама, а Дан опять жульничает! Он сказал, что добежит до окна, а сам телепортировался! — выпалил Вин, выдыхая слова единым потоком, и в его голосе смешались обида и азарт.

— А ты сам не лучше, — я улыбнулась и поцеловала его в макушку, в мягкие тёмные кудри. Он на секунду надулся, будто всерьёз обиделся, но уже в следующий миг не выдержал и рассмеялся, уткнувшись мне в плечо.

Я обняла их обоих — крепко, до хруста в плечах, будто могла удержать этот момент, запечатать его внутри себя и носить, как талисман, в самые тяжёлые дни. Они пахли молоком и чем-то сладким, родным, а их волосы под моими пальцами были мягкими, как шёлк. Их сердца бились так быстро, так живо, так по-настоящему и этот ритм заглушал даже гул усталости, копившейся неделями.

Вслед за ними в кабинет вбежала Веспера. Она была запыхавшейся, будто гналась за мальчишками через половину замка; рыжие волосы рассыпались по плечам.

— Вин! Дан! — она схватила обоих за руки, и они тут же затихли, как по волшебству, только переглянулись с хитрыми улыбками, будто знали, что стоит ей отвернуться и они снова превратятся в вихрь. — Не мешайте маме работать! Она и так весь день сидит над этими бумагами!

Они посмотрели на меня виновато, но в этом взгляде всё равно сквозил озорной вызов, мол, мы постараемся, но обещать не можем.