Книга Темная сторона равновесия, страница 57 – Ксения Солар

Он остался у доски. Взгляд его скрупулёзно скользил по вычерченным Пашей связям, пальцы медленно крутили маркер, а плечи казались напряженными. Он был здесь, буквально в двух шагах от неё, но ощущался недосягаемым.

Ева не спускала с него глаз, цепляясь за мелкие, едва заметные детали.

Вот он чуть нахмурился, вглядываясь в имя Марины, но его нижняя челюсть при этом сжалась, и на скулах выступили желваки. Это не было выражением обычной рабочей задумчивости. Он двигался точечно, почти механически, как человек, который сознательно ограничивает свои импульсы и держит дистанцию, чтобы не совершить ошибку.

«Он избегает меня. Не просто не смотрит, а сознательно вырезает из своего поля зрения», — мысленно констатировала Ева.

Ей вспомнилось его недавнее прикосновение в коридоре, сдержанная и опасная забота. Тогда он был предельно сфокусирован на ней. Теперь же он вёл себя так, словно та ночная близость была досадным выходом за рамки дисциплины, который он намеревался исправить полным игнорированием.

Виктор закрыл маркер — послышался сухой, чёткий щелчок. На секунду его рука зависла в воздухе, и Ева заметила, как он на мгновение замер, явно чувствуя на себе её пристальный, испытывающий взгляд. Он не повернул головы, но угол его губ едва заметно опустился.

— Ева, — тихо, не оборачиваясь, произнёс он. Голос звучал ровно. — Тебе стоит отдохнуть. Дальше начнётся рутина, в которой тебе не обязательно участвовать.

Ева слегка наклонила голову, продолжая изучать его спину. Попытка выставить её из зала звучала слишком вежливо для человека, привыкшего отдавать приказы, и это лишь подтвердило её догадку: его отстранённость — не холодность. Это броня.

Ева поднялась со стула. Её движения утратили прежнюю неуверенность — в них появилась решимость, которую она ещё сама в себе не до конца осознала.

Она подошла к Виктору вплотную и встала прямо между ним и маркерной доской, перекрыв ему обзор на схемы и цифры. Виктор замер. Ему пришлось опустить взгляд. На секунду в его тёмных глазах проскользнуло что-то тёмное, опасное — глухое сопротивление человека, чьи тщательно выстроенные границы только что безжалостно нарушили.

— Виктор, нам нужно поговорить, — ровно сказала Ева, глядя ему прямо в глаза. — Не о Марине. Не об Артуре и не о счетах. О нас. О том, что происходит прямо сейчас.

Виктор слегка сжал челюсть, и его лицо превратилось в непроницаемую маску. Он сделал полушаг в сторону, явно намереваясь обойти её и свести всё к привычному рабочему тону:

— Сейчас не лучшее время, Ева. У нас через полчаса…

— Нет, лучшее, — перебила она, не давая ему укрыться за расписанием и срочными делами.

Его попытка снова уйти в холодную отстранённость, сделать вид, будто ничего не было, стала последней каплей. Накопившийся за сутки страх, неопределённость, ночная вспышка и эта игра в «невидимку» слились в одно сильное чувство.

Ева не дала ему договорить. Вскинув руку, она крепко вцепилась пальцами в его запястье.

Виктор от неожиданности на мгновение застыл — он не привык к тому, чтобы кто-то смел останавливать его или проявлять такую доминацию. В его взгляде мелькнуло удивление, смешанное с изумлением от её смелости.

— Пошли, — отчеканила Ева.

Она не стала ждать согласия. Развернувшись, Ева с силой потянула его за собой по коридору в сторону своей комнаты.