Книга Темная сторона равновесия, страница 15 – Ксения Солар

Дорога к парковке прошла в натянутом молчании. Артур шел быстрее обычного, крепко держа Еву за локоть — совсем не ласково, словно боясь, что она потеряется. Ева не сопротивлялась, позволив довести себя до черного седана.

Как только тяжелая дверь захлопнулась, отсекая гул мегаполиса, тишина в салоне стала осязаемой. Артур сжал руль до белизны в костяшках и только потом повернулся к Еве. Его лицо сохраняло маску озабоченного жениха, но в глазах бушевала холодная буря.

— Ты вела себя крайне странно, — начал он мягким, убаюкивающим тоном. — Ева, я думал, у тебя больше чувства собственного достоинства.

Ева спокойно откинулась на кожаное сиденье, не снимая изумрудный блейзер. Ее ногти легко постукивали по приборной панели, отбивая внутренний ритм.

— Знаешь, — произнесла она мягко, слегка наклонив голову, — я и правда была сегодня не такой, как обычно. Но не потому, что потеряла достоинство. Просто… мне стало неловко за то, как мы выглядели со стороны. Ты говорил о нем так, будто он не человек, а строчка в отчете.

Артур заметно напрягся. Он не ждал такой прямой откровенности.

— Не утрируй, — отрезал он, выезжая с парковки. — Я говорю о том, как ты смотрела на этого… Громова. Ему лет тридцать! Обычный пацан из подворотни, без образования и этикета. Он же открыто хамил!

— Наверное, я смотрела на него потому, что он не пытался казаться кем-то другим, — так же спокойно ответила Ева. — Да, он говорил жестко. Но иногда жесткость честнее вежливого контроля.

— Я бизнесмен, Ева! — в голосе Артура прорезалось раздражение. — Я привык называть вещи своими именами. Эти спортсмены — ресурс. А он… обычный качок с амбициями. Сила есть — ума не надо. Ты видела его татуировки? Варварство. Рядом с ним ты выглядела неуместно.

Ева повернулась к нему. Уголок ее губ приподнялся в ироничной улыбке.

— Ты прав, Артур. Мой оверсайз и его «варварство» — это слишком для одного вечера. В следующий раз я подумаю, как выглядеть уместнее. Но, пожалуйста, не подбирай мне образ по шкале «удобно для твоей репутации».

Артур резко затормозил на светофоре и всмотрелся в ее лицо с тихим прищуром.

— Ты опять все усложняешь, — произнес он с удушающей нежностью. — Я же вижу, как ты устала. Цифры, таблицы… Мозг перегружен. Я просто хочу, чтобы ты снова стала той мягкой девушкой, которую я полюбил.

Он протянул руку, чтобы коснуться ее щеки, но Ева плавно, почти незаметно отклонилась назад, сделав вид, что достает из сумки телефон.

— Спасибо, что переживаешь, — тихо сказала она. — Но я не сломалась от цифр. Просто сейчас мне важно, чтобы рядом со мной не считали, будто я обязана быть удобной.

— Ева, — в его голосе звякнул лед. — Ты ведешь себя неадекватно. Я забочусь о нашей репутации.

— Я слышу, что ты переживаешь за репутацию, — спокойно кивнула она. — И понимаю, почему это важно. Но, пожалуйста, не прячь эту заботу за фразами, от которых мне становится не по себе. Зеленый свет, Артур. Поехали.

Артур сжал зубы и вдавил педаль газа. В салоне вновь воцарилась тишина. Ева сидела, опершись подбородком на руку, и смотрела на отражение своего темного маникюра в боковом стекле. Внутри нее росло твердое ощущение: она больше не хотела сглаживать углы, чтобы казаться «хорошей».