Книга Старик, страница 14 – Алекс Лоренц

— А почему вы спрашиваете?

— Мне все мои воспитанники дороги, ты же знаешь, – соврал я.

— Да-а-а-а-а-а-а, помню наши походы с палатками… – пустился он в воспоминания и замолчал, мечтательно уставившись в пустоту.

Я тоже хорошо – слишком хорошо – помню те походы. Слава всевышнему, было их всего два. В третьем без жертв не обошлось бы. Если бы черти сами себя не угробили, то я бы точно взял свое охотничье ружье и многих с наслаждением перестрелял.

— И я помню. – Я ухватился за невзначай поднятую Витькой тему и принялся ее раскручивать. – Весна, девятый класс. Вы своей компашкой тайком напились в зюзю. Степка Хорошев чуть не помер, еле откачали. – На моем лице ни тени улыбки.

Витька потупил взгляд, его лицо залилось краской.

— А Маринка Трушина пьяная едва не утонула в пруду, хотя воды там было всего-то по колено, – продолжал атаковать я.

— Да она дура просто – вот и все! – Из уважаемого чина с сединами Витька, казалось, вмиг превратился в того вихрастого мальчишку, который вечно всем возмущался. – Ей говорили: не лезь, вода ледяная. А она…

— Вот не надо! – оборвал его я. – Не надо! Это я говорил: не лезь. А вы все втихаря подначивали: пошли купаться, пошли купаться. Слушать надо, что старшие вам говорят. А еще комсомольцы! Вы ее мало того что обесчестили в палатке ночью… Ее и еще троих… Устроили, простите… как это называется… блядство форменное – вот! Уж давай говорить как мужик с мужиком!

Собственно, после того похода весь оставшийся полный учебный год я под разными благовидными предлогами спускал на тормозах любые инициативы выездных мероприятий.

— Давайте не будем, Анатоль Васильевич, – попросил Витька. Он весь съежился и стал еще больше похож на нашкодившего школьника.

— Да ла-а-а-а-а-а-а-адно тебе, – усмехнулся я и хлопнул его по плечу. – Я ж без злости вспоминаю. Сейчас-то оно, конечно, смешно об тех приключениях думать. А вот тогда было не до смеха.

— Простите нас, – искренне попросил Витька, старательно отводя взгляд в сторону. – Дети ведь…

Того я и добивался.

— Ну, так что там произошло? Это был ее отец?

Михайлов вскинулся, зыркнул на меня. Он был растерян и деморализован. Я вопросительно вскинул брови, подталкивая его к разглашению служебной тайны.

— Мне-то, своему классному руководителю, можешь сказать, а?! – изобразил я преждевременное возмущение, наблюдая, сколь мучительно Михайлова раздирает надвое.

— Отца взяли под стражу, но… что-то мне подсказывает, это не он, – нехотя пропыхтел раскрасневшийся Витька.

— Я вчера откопал в интернете информацию о том, что с матерью девочки приключилось. – Я сокрушенно покачал головой. – Такая трагедия!

— Про то, что ее зарезали…

— Да, да. И что у нее был любовник.

— Любовник пропал. И я даже не уверен, что он вообще был.

— Я читал, это ее бывший одноклассник…

— Проверяли. Дело в том, что байку про одноклассника журналюгам запустила девяностолетняя старуха из халупы по соседству. Тамошний следователь говорит, она немного того… ку-ку. Померла недавно…

— И что одноклассники?

— Бабка на очной ставке не опознала никого. И одного мы не смогли найти.

— Что за человек?

— Местный безработный. То появлялся в поселке, то исчезал. Маловероятно, что преступник он. И что он после школы вообще поддерживал контакты с жертвой. Слишком разных кругов люди.