Онлайн книга «Дороже жизни»
|
…м а р т а. Ходили в разведку. В погост не вошли. Издали видели там вооруженных людей. Один в бушлате. Димитрий приметил у него на шапке большевистскую звезду. Вернулись, впрочем, благополучно. В пути добыли из стада оленя. Пастухи не видели. 3 1 м а р т а. Вторую неделю сидим взаперти. Волны укрыли нас от мира и мир от нас. Хоть и не так велик ветер, а не выйти из нашей тайницы. Что творится на грешной земле? Остаемся в полном и тягостном неведении. Отдохнули мы от тяжких испытаний телом. Но душа мятется против несправедливости, злой судьбы… 1 4 а п р е л я. Нас ищут. Вчера Ферапонт Михеич и Димитрий приметили на взгорбке двоих красных. С оружием. Обоих прибрал Ферапонт Михеич. Истинно солдатский глаз. Одному попал повыше брови. Второй бежал и получил пулю в спину. Добил его прикладом Митька. Оставить их на горе было нельзя. Навязали покойникам камни. Отпели их, как сумели, и сбросили в море. …Ферапонту Михеичу за преданность и верную службу не фельдфебелем быть в тюремной охране, а на моей должности – урядником в хорошем месте. Так я ему и сказал. Порадовал служаку… 2 2 а п р е л я. Пришли еще трое. Верно, искали тех, кто уже успокоился в море. Ферапонт Михеич допустил их до самого берега и тут, меж утесами, положил тремя пулями. Трупы сбыли в воду. С камнями со дна морского не поднимутся и новых к нам не приведут. Хватит там нечисти морской, чтобы разделаться с нечистью земной, дерзнувшей поднять руку на мирное наше житие… 2 4 а п р е л я. Достойно удивления письмо, что нашел я в кармане одного из казненных Ферапонтом Михеичем. Дерзновенное письмо и непонятное. Пишут в нем о каких-то победах большевиков на Мурмане. Поминают Совдепию[20]. И вовсе непонятно другое. На конверте штемпеля: вологодский и мурманский. Как могло попасть письмо из Вологды в Мурманск? Чего смотрят союзники и наши власти? Об раздумьи своем молчу и терзаюсь тайно… 6 м а я. Пришлось потрудиться всем троим. Шестерых инородцев прибрали. Лопари или самоеды – не разобрали толком. Били издали с трех укрытых позиций, дабы некуда было инородцам скрыться. Двое имели ружья, но худые (пистонки) и ущерба нам не причинили. Взяли у них сухарей запас и муки порядочно. Это хорошо. А то вовсе приходилось жаться с каждым куском сухаря… 1 0 м а я. Четвертый день читаю куски газет, найденные у инородцев. Читаю и дивлюсь свыше всякой возможности. Пишут в них о мурманском Совдепе, поносят законные власти и особенно наше ведомство. Поминали и нас, побитых в тундре. Пишут так: никто из карателей не ушел от суда народа. Это хорошо. Значит, не знают большевики, что мы живы. Выходит, что и не искали нас вовсе. Таю страшное сомнение: а есть ли на Мурмане законные власти?.. 2 6 м а я. Давно не писал ничего. Не могу. Душа мятется. От пещеры, моря, пищи дурной. Сидим вроде псов в яме. Грыземся. Вчера Ферапонт Михеич прибил прикладом Димитрия. Заподозрил в нем плохой умысел. Сказал: “Врешь. Не вернешься ты к людям, покамест живы большевики”. Митька плакал… 3 и ю н я. Димитрий отказался стрелять в ходившего по берегу лопаря с арканом. Говорил о милосердии. Надобно присмотреть за ним. Не умыслил бы противное. О милосердии и мы понимаем, да время-то какое! Лопаря пришлось прибрать мне. Сам же проводил его на дно. |