Книга Нестеров. Превращения, страница 213 – Руслан Григорьев

— Думаю, что следующая командировка в Андалу не за горами. Буду настоятельно рекомендовать Герману Феликсовичу вашу кандидатуру.

Очень вовремя зазвонил телефон, а то неизвестно, до чего бы договорились. Ответил по привычке.

— Нестеров!

— Сергей Владимирович, Тамара Захарова. У меня отчет готов, могу передать. К вам зайти?

— Нет, не надо. Вы на четвертом? Я сейчас подойду.

Нестеров положил трубку и поднял глаза на гостя. Карпов не улыбался. Вставая, он произнес фразу, которая засела в голове у Сергея.

— Все приходит и уходит, в том числе и кумиры. Честь имею!

В неспокойном состоянии шел Нестеров по коридорам министерства, и в голове настойчиво стучали вопросы. Какая еще у Карпова честь? Как он вообще может говорить такое? По мнению Сергея, это устоявшееся выражение кадрового офицера, начинавшего службу еще кадетом, а Карпов – офицер по принуждению. Его в свое время призвали в органы из партаппарата, сразу дали майора, через два года – подполковника и потом сразу полковника. Выскочка. Скороспелка. И к чему он с умным видом залепил про уходящих кумиров?

Все эти вопросы крутились у него в голове и не находили ответа. Тамара стояла в коридоре, лицом к окну, с тоненькой папкой в правой руке, стояла достаточно далеко от своего кабинета.

— Девушка! Вы не меня ожидаете? – не особо оригинальничая, пошутил «подкравшийся» Нестеров.

В ответ она спокойно, тихо улыбнулась.

— Здравствуй, Сереж!

— Здравствуй, дорогая Тамара Сергеевна. Как дела, как настроение, как домашние? Как тебя встретил Григорий Савельевич?

— Ничего, в целом все нормально. Григорий Савельевич по-прежнему в своем репертуаре, но недолго. – Голос ровный, спокойный. – Сынуля наш определился в конце концов. Будет поступать в МГИМО на факультет международных отношений. По отцовским стопам идти не хочет. Ты как?

— Можно сказать, отлично! Наш Олег практически зачислен в аспирантуру в институт при Академии наук, так что вопрос с его призывом в армию отпал сам собой. Ты чего грустная?

— Да так. Общее настроение такое, и еще, – она слегка задумалась, – может, мне кажется, но соседки по кабинету как-то странно себя ведут, особенно две подружки-сплетницы. Переглядываются между собой, какие-то непонятные взгляды бросают, в разговорах намеки скользкие на мое с тобой проживание в Фурате. Не знаю, Сереж! Честное слово, не знаю! – Она тряхнула головой, словно отбрасывая от себя вредные мысли. – Держи копию отчета, оригинал я отдала своему руководству.

Она протянула ему папку. На мгновение руки их встретились, и проскочила молния, которую никто из них не ждал. Оба от неожиданности вздрогнули.

— Сереж! – севшим голосом она с трудом произнесла его имя. – Ты извини, мне надо идти. Что надо будет, звони. А еще лучше через Стадника. Пока!

Тамара пошла от него по коридору, и Нестеров невольно подметил, что походка у нее изменилась, да и не только походка, вся она стала более женственной, раскованной, что ли. Исчезла зажатость, закомплексованность, ощущение себя серой мышью, даже решительности у нее прибавилось.

Подходя к своей рабочей крепости, Сергей еще издали увидел Мишку Рахелькина, который стоял, переминаясь, и сучил ногами, будто очень в туалет хотел, а злыдни-вороги его не пускают, да еще кричат: «Занято!» Нестеров и к нему подкрался незаметно.