Книга Нестеров. Превращения, страница 21 – Руслан Григорьев

«Себе, конечно», – молча, вынужден был согласиться Сергей. Все так и было: сочинение, литература, испанский. С историей Олегу, конечно, повезло – из четырех экзаменаторов он попал, как по заказу, к преподавательнице, читающей лекции студентам на испанском языке. Что поделаешь? Везение – свойство его натуры. Он с детства везунчик. Но все равно обидно. Они с Любой недоедали, недопивали, Ольгу обделяли, и она, бедняжка, ради брата все терпела. Они каждую копейку берегли, потому что репетиторы из университета стоили безумно дорого. А здесь получается, что он у нас единственный белый и пушистый, умник-разумник, а они так – никчемные людишки.

Распирая черепную коробку, в затылке и висках стала копиться тяжесть и появилась тупая ноющая боль.

— Послушай! – наступал Олег, не обращая внимания на лицо отца, покрывающееся красными пятнами. – Не я затеял этот разговор, ты сам решил расставить точки над «i». Хочешь выяснить наши отношения? – Короткий, острый взгляд в сторону кивнувшего отца. – Ну что ж, давай! Раз и навсегда, и не будем больше к этому возвращаться! – Младший Нестеров нехотя улыбнулся и откинулся на спинку стула, скрестив на груди руки. – К матери у меня никаких претензий нет и быть не может. Ее первая и главная задача – накормить нас, с чем она неплохо справляется. С тобой, конечно, сложнее. – Он посмотрел на отца, как смотрят на безнадежно больных людей, у которых одна дорога – на кладбище. – Ты, конечно, работаешь, копейку приносишь в дом. НО! Первое и главное, чего ты пока не можешь, но должен понять: пришло другое время! Понимаешь: дру-го-е! Такие, как ты, идеалисты, или, как хочешь по-другому назови, ушли! Скрылись, исчезли, их нет! Пришли другие люди. Прагматики, которые сами живут и других ставят в рамки своих законов. А законы у нас теперь какие? Все решают деньги! Есть они, причем чем больше, тем лучше – ты на коне. Добиваешься всего, что тебе нужно, берешь от жизни свое. Хочешь пример? Пожалуйста! Кольку Бондаренко из нашего класса помнишь? У него отец начальником нашего районного ГАИ был? – Сергей кивнул. – Деньги у них всегда водились, но это было тишком, не выпячиваясь. Зато теперь, когда наличие капитала не пятно на репутации, а достоинство, Бондаренки развернулись по-настоящему. Старший – генерал в Главке. Три машины, дача в Серебряном бору, пятикомнатная квартира, еще Кольке квартиру купили. Папаня своего наследника на должность замначальника ГАИ в наш район поставил, настоящее и будущее сына обеспечил. – Он изучающе посмотрел на отца: понимает он, что ему объясняет сын родной?

Сергей воспользовался паузой:

— Старший Бондаренко – взяточник и мошенник. Три года назад ко мне ребята из московской управы приходили, спрашивали про него – тюрьма ему светила, а не дача в Серебряном бору, немножко не успели. И ты хочешь, чтобы я был таким как он?

— Ты, батя, иронию свою оставь, лучше в корень смотри! Где сейчас ты и где Колькин папаша? Старший Бондаренко, как ни крути, вовремя сориентировался и понял, как жить надо! Он сейчас все имеет. А ты? С двумя высшими образованиями и всеми иностранными языками, чистенький, пушистый, герой тайных войн, ты чем сейчас занимаешься? Спекуляцией. Обыкновенной дешевой спекуляцией. За что раньше в тюрьму сажали. Покупаешь – продаешь все что ни попадя, от колготок до конфет, и на разнице получаешь какие-то копейки. И это все, на что ты способен? – Олег наклонился вперед и сам ответил на свой вопрос: – Конечно, не все. Ты много чего можешь, отец, но ты никому не нужен! Ни службе своей, ни друзьям-чекистам. Вы – отработанный материал! Никто с вами никаких дел иметь не хочет. Как Феликса своего сдали, так и кончилась ваша служба, а с нею и жизнь. – Он опять поменял положение, откинулся назад. – Люди из-за границы контейнерами добро привозили. А ты? Пять лет в загранке был. Много денег заработал? Курам на смех. Еле-еле на ремонт квартиры и машину «Жигули» хватило. Зато здоровье сгубил раз и навсегда. Но ты же у нас упорный и идейный. Даже когда тебя на инвалидность хотели отправить, чуть поправился, перья распушил и опять пошел с пистолетом по полям бегать. И кто оценил твое геройство, кому это было нужно? За все твои подвиги дали тебе пенсию в девяносто долларов и выкинули. Живи, как хочешь!