Книга Нестеров. Превращения, страница 137 – Руслан Григорьев

Когда они улетали из Москвы, только-только начало светать, а прилетели в Фурат, наступили сумерки – получилось, что весь световой день они провели в самолете. А уж, после того, как получили багаж, прошли таможню и границу, и вовсе наступила настоящая ночь. Среди неплотной массы встречающих белых и черных людей Нестеров увидел мужчину европейской внешности, в руке он держал картонку, на которой черным фломастером было написано: SERGEY / TAMARA. Почему на латинице, для кого, Сергей не понял.

На вид мужику было между сорока и пятьюдесятью, внешность самая непримечательная. Ростом ниже среднего, плотный, с заметным брюшком, лицо круглое, бритое, редкие с проседью волосы зачесаны назад, на носу, как у кота Базилио – черные очки, брюки грязно-серого цвета и рубашка в блеклую клетку с коротким рукавом. Готовясь к командировке, Нестеров чуть ли не с лупой изучил материалы личного дела исполняющего обязанности торгового представителя Хорунжего М.К., там же и фотография его имелась. И, хоть прошло десять лет, Михаил Константинович, по мнению Сергея, мало изменился. Нестеров, не забыв натянуть на лицо дежурную улыбку, направился прямо к нему. Тамара, безоговорочно приняв начальствующее положение своего напарника, шла за ним.

— Добрый день, Михаил Константинович! – Сергей поставил «на попа» свой чемодан и протянул руку.

— Здравствуйте, Сергей Владимирович! – вздрогнул, но не растерялся встречающий и повернулся к даме. – А вы, значит, Тамара Сергеевна?!

Пока знакомились, жали руки, ни один мускул не дрогнул на лице Хорунжего, а за темными стеклами очков выражение глаз разглядеть было невозможно.

— С приездом. – Ровным голосом Хорунжий продолжил церемонию встречи и протянул руку к внушительному по размеру чемодану Тамары. – Давайте помогу.

— Нет, что вы! – из вежливости и ложной скромности ответила Тома.

— Как знаете, – неожиданно для Сергея и Тамары индифферентно отреагировал Михаил Константинович. – Пойдемте к машине.

Не оглядываясь, уверенный, что командированные пойдут за ним – а куда они денутся? – Хорунжий шагнул к выходу.

«Ничего себе гостеприимство и галантное отношение к даме! – мелькнуло у Нестерова. – Ну и хрен с ним! Может, он контуженный, или просто ударенный, или воспитание такое». Без слов он перекинул свой портфель на ремне за спину и, игнорируя робкие попытки женского протеста, потащил чемоданы по избитой ямами и колдобинами автостоянке.

Путь от аэродрома до торгпредства оказался непростым. Выполняя свой индивидуальный план работы с объектом заинтересованности, так для начала Нестеров обозначил Хорунжего, Сергей пытался разговорить, растормошить его, чтобы понять, что за человек такой Михаил Константинович, как с ним отношения строить. А Михаил Константинович на все вопросы будто специально отвечал односложно – да, нет. Каждое слово Нестерову приходилось вытягивать из него клещами. Создалось впечатление, что Хорунжий, скорее всего, знает о главной задаче миссии Нестерова, и что за фигура такая – Сергей Владимирович, тоже в курсе. Именно потому он, как улитка, спрятался в скорлупу, и все! Ни ответа ни привета. Уткнувшись в глухую стену, Сергей решил сберечь силы для будущих сражений и замолчал – Хорунжего такое положение вещей очень даже устроило. Примерно через час ворота на территорию торгпредства перед ними открыл местный полицейский, вооруженный автоматом и пистолетом. Они проехали сотню метров и остановились у освещенного фонарями двухэтажного небольшого домика – гостевой резиденции торгпреда. Хорунжий приоткрыл багажник, но попросил не трогать вещи: не беспокойтесь, никуда ваши чемоданы не денутся.