Книга Нестеров. Превращения, страница 129 – Руслан Григорьев

В памяти Сергея всплыл бандит Сева Звенигородский, у того тоже все было самое дорогое и лучшее, а Стадник с надрывом и злостью продолжал рубить правду-матку, видно, наболело у мужика.

— А их всего-то двое: Крапаль и Крапалиха, молодая, правда. Ни детей, ни родственников. Да черт с ними, с Крапалями! – Он так разозлился, что в сердцах даже плюнул – хорошо, в сторону. – Пусть подавятся, жабы. Это я тебе так, для примера, чтоб понимал, с кем дело будешь иметь. Ты, главное, Тамару береги: баба она строгая и специалист классный, поможет тебе, там с бухучетом явно нелады. Думаю, в Фурате постараются мозги вам запудрить или купить. Ты – боец проверенный, она на это тоже не пойдет. Не в ее характере, к тому же муж в Минфине на хорошей должности. Зачем ей рисковать? Значит, что-то еще придумают. Так что держи ухо востро. Да чего я тебе толкую, сам во всем разберешься. Иди давай, больше я тебе не помощник.

Сказав последние слова, Стадник ушел в себя. Когда Нестеров закрывал дверь кабинета, крайне задумчивый Герман Феликсович из верхнего ящика стола потянул на себя толстый коричневый пакет, в каких пересылают документы.

У Сергея на рабочем месте, как никогда, все офицеры были на местах и работали, каждый на своем компьютере. Снежко глазами показал, чтобы Нестеров подошел к нему.

— Владимирыч! – Не повышая голоса, сказал полковник, упершись глазами в монитор. – Пока дупель пусто: или потомства не хватает, или срокá не те. Нам же не нужны дамы, которые по тяжелым статьям сидели? – И ответил, словно услышал ответ Сергея. – Вот и я про то же!

Нестеров проверил, закрыт ли сейф, опечатал его и, уходя, бросил.

— Я по делам в город. Всем до завтра!

«По делам в город», – устоявшаяся фраза, которую используют сотрудники всех спецслужб, когда хотят объяснить свой досрочный уход с рабочего места оперативной необходимостью. На этот раз Нестеров спешил домой на семейное собрание, решать крайне важный для всех вопрос о призыве Олега в армию.

Все собрались на кухне, хотя об ужине никто и не думал. По праву старшего в семье первым начал Сергей.

— Не хочу говорить, как мы дожили до жизни такой, – случилось то, что случилось. На сегодняшний день лейтенант запаса Нестеров Олег Сергеевич по приказу верховного главнокомандующего призывается на действительную службу и в соответствии с разнарядкой должен прибыть в распоряжение штаба Северного флота, в город Североморск, в отдельный отряд атомных подводных лодок. – Ольга и Олег, сидевшие рядышком, изменились в лице. – Отменить, изменить такой приказ, сами понимаете, никто не может, разве что сам Верховный главнокомандующий. Невыполнение приказа, уклонение от службы в армии – преступление, за которым, естественно, следует наказание. Чтобы избежать такого развития событий, Олег должен получить отсрочку от призыва, то есть сдвинуть время вступления в ряды вооруженных сил на некоторый срок. Сделать это можно двумя способами. Первый – Олег заключает официальный брак с женщиной, имеющей не менее двух детей. Как вариант, у нее уже есть один ребенок и она беременна вторым, срок от шести месяцев и дальше. Второй способ получения отсрочки – поступление на очное отделение аспирантуры в одно из высший учебных или научных заведений, имеющих государственную аккредитацию. По этому поводу лучше, наверное, расскажет мама. Я же, со своей стороны, уже сейчас занимаюсь поиском подходящей кандидатуры на роль так называемой невесты для нашего так называемого жениха. – Фраза явно покоробила Олега, он изменился в лице, но удержался от реплик и комментариев. – Сейчас розыски младшего Нестерова как уклониста райвоенкоматом приостановлены, но знаете, все может случиться, накладки всякие бывают, поэтому нам надо поторопиться. Да, и еще! – Он внимательно посмотрел на каждого из всех, сидящих за некруглым семейным столом. – Уходить в подполье Олегу, скрываться, бегать, сознательно становиться по другую сторону закона считаю неразумным, трусливым, попросту преступным, заводящим всех нас в тупик. Я все сказал. Если хотите, можете высказать свое мнение прямо сейчас, не дожидаясь, что скажет наша драгоценная Любовь Григорьевна.