Книга Петля Сергея Нестерова, страница 82 – Руслан Григорьев

Нестеров с Лукашовым отрабатывали проверочный маршрут по окраинам города.

— Серега, – позвал Лукашов, который был за рулем, – куда дальше?

— Прямо, через бамбуковую рощицу, справа останется маленький прудик, выходим на бетонку и по ней на дамбу.

— Понял.

— Как дома?

— Пишут нормально, а что на самом деле, отсюда не видать. Парень-то наш уже в девятый класс пошел, за ним сейчас глаз да глаз нужен, а мы вот здесь с Галкой. Он у нас мальчик шустрый, даже чересчур.

— В папу пошел?

— То-то и оно, – вздохнул Ваня, видимо, вспомнив свое детство и юношество. – Одна надежда на тещу. Сами-то как?

— По-разному. Ты же знаешь нашу ситуацию: сын здесь, дочка с бабками и дедом в Москве.

— Не горюй, Серега! Все будет хорошо. Поедете в отпуск, заберете дочку, привезете сюда и все дела.

— Не знаю, вряд ли… С сыном бы разобраться. Какая-то болячка прицепилась, никто понять ничего не может. К кому ни пойдем, каждый свой диагноз ставит, – с грустью и сожалением отреагировал Сергей. – Ладно, смотри вперед, самое интересное начинается.

Узкая дорога пошла по дамбе между рисовых полей. Прямая, как стрела, она уходила вдаль и терялась за горизонтом. По обочинам, справа и слева – толстые, могучие деревья, похожие на баобабы, за ними почти вертикальные откосы и рисовое поле. Лукашов набрал скорость.

Через несколько минут Нестеров не выдержал:

— Чего молчишь? Может, скажешь что-нибудь.

— Рискованная дорожка, особенно ночью. – Иван ко всему подходил основательно, никогда не торопился с оценкой. – Разъезжаться со встречными машинами, тем более грузовиками, трудно, к обочине не прижмешься. Видишь, как деревья понатыканы?

Неожиданно он, резко вывернув руль, остановился. До стоящего впереди дерева было сантиметра два, не больше, и сантиметров пять оставалось справа до края укрепленной бетонными блоками площадки, на которой они оказались. «Уму непостижимо, как с ходу, на скорости, можно поставить машину на таком пятачке», – подумал Сергей. Но Лукашов это мог, а Нестеров – вряд ли. Скорее, загремел бы, а до земли, между прочим, метра три по камням-негабаритам кувыркаться.

— Смотри, Серега, здесь единственное место, где можно остановиться в случае чего или разъехаться без проблем. На всей трассе больше ничего такого не было. Понял?

Нестеров только и успел, что кивнуть головой в ответ, а Лукашов уже врубил заднюю скорость.

— Ладно, погнали дальше, а то совсем спечемся.

С двух попыток он вывернул на дорогу и продолжил:

— Прошли километров шесть, один грузовик навстречу и никого сзади. И это днем. Ночью, может, вообще движения нет. Если пойдет наружка, можем выйти на эту дорожку, и деваться им будет некуда: или отпускать нас, чтобы не расшифроваться, или по-наглому – бампер в бампер, что вряд ли. Такого на моей памяти еще не было, но предусмотреть стоит все… Так что по первому варианту форы получим до пяти минут, а по второму – секунд тридцать, может, минуту. – Он гордо, с чувством превосходства улыбнулся. – Мы же пойдем, как поезд Москва – Воронеж, хрен догонишь. Им останется только пыль глотать. А в городе за это время сто раз спрячемся. Но, с другой стороны, риск большой. Могут заблокировать, разбить нас грузовиком и на поле сбросить, или под машину человека подставить… Чего расплылся, как блин на сковородке? Не веришь? Напрасно. Раньше, даже при мне, случаи были. Неужели не читал в Центре? – Лукашев с удивлением посмотрел на Нестерова, потом сменил гнев на милость. – Хотя правильно, наверное. Ничего ведь не доказано… а может, и доказывать не надо. Зачем? Наезд, он и есть наезд, так для всех спокойней. Короче, трассу можно и нужно использовать, когда других вариантов не будет, и то с оговорками. В таком ключе и доложу шефу. А ты, Серый, пореже езди этой дорогой, у меня здесь на душе неспокойно.