Книга Петля Сергея Нестерова, страница 59 – Руслан Григорьев

— Никак нет, товарищ Крячков! – Владимир вытянулся в струну.

— Фиксируете?

— Фиксирую, товарищ майор!

— Фиксируйте дальше. Один из пассажиров самолета, агент УКГБ по Воронежской области «Чалый», передал второму пилоту следующую информацию…

Семушкин строчил по листу, как заведенный.

— Проникшие на борт боливийцы и чилийцы являются делегатами Всесоюзного совещания иностранных учащихся – представителей землячеств стран Латиноамериканского континента. Из разговора, который проходил между ними перед посадкой, агенту «Чалому» удалось понять, что в распоряжении иностранцев оказались документы особой важности, хранившиеся в сейфе полковника Ляпишева, вашего начальника, а также списки агентуры, используемой в работе по иностранным учащимся, с раскрытием установочных данных: имен, фамилий, должностного положения, домашних адресов и телефонов. Все материалы боливийцы и чилийцы разделили между собой… – И, как выстрел, из трубки рявкнул «Крячков»: – Семушкин!

— А?

— Какое еще «а»? Вы понимаете, о чем идет речь?

— Так точно, товарищ майор, понимаю! – отчеканил взмокший Семушкин и добавил шепотом: – Ох…ть можно!

Но Крячков, благодаря сверхчувствительности аппаратуры, услышал:

— Вы что, нецензурно выражаетесь на службе?

— Простите, товарищ майор, вырвалось…

— Бог простит. А вас я взял на заметку. Понятно?

— Понятно, – ответил убитый старший лейтенант.

— Ваша задача: установить характер материалов с грифом «Особой важности», которые могли находиться в сейфе Ляпишева. Еще лучше, если ты все-таки найдешь своего начальника, Семушкин. Понял? – Последнее прозвучало с угрозой.

— Понял!

— В течение пяти минут разработайте и сообщите предложения по комплексному решению возникшей проблемы. Учтите, если у Ляпишева действительно были материалы «Особой важности» и они окажутся за границей, мало вам не покажется. Не то, что погоны и звездочки – головы полетят!

По всему было ясно, что «дежурный по Комитету» не шутит. Какие тут могут быть шутки?

— Ну, все! – решительно сказал Крячков. – Самолет летит, время убегает, жду вашего доклада через пять минут.

— Есть, товарищ майор!

Ошарашенный, с трудом соображающий Семушкин опустился на стул.

— Слышали? – спросил он, затравленно посмотрев на Муравьева и Сомова. – И что делать? Может вы, Александр Николаевич, как старший по должности и званию, возьмете руководство на себя? – Семушкин почему-то перешел на «вы».

— Ни в коем случае, – категорично и искренне ответил Муравьев. – Ты ответственный дежурный, значит старший начальник. Я могу лишь советы давать. Но ответственность за принятые решения лежит на тебе. Так что, уволь.

В кабинет влетел Нестеров:

— Семушкин, ты что делаешь за моим столом? Да еще с таким видом, вроде по тебе трактор проехал? Что случилось, мужики?

Семушкин действительно выглядел не лучшим образом.

— Александр Николаевич, – промямлил он, – может, вы расскажете?

Муравьев, стараясь быть серьезным, коротко, в сжатой форме, описал Нестерову сложившуюся ситуацию. Всклокоченный Семушкин сидел рядом и с отрешенным видом кивал головой в знак согласия.

— Давайте сконцентрируемся. – Нестеров был энергичен и деловит. – Определим порядок действий. Владимир Александрович, очнись, ермилкин корень! Кто у нас начальник, ты или я? Я знаю Крячкова, мужик нормальный, договоримся.