Книга Вы заказывали убийство…, страница 7 – Станислав Гурин

— Ну что тебе? – Он вытер платком лоб.

— Километрах в четырехстах от конечного пункта должно быть озеро… точнее не должно, а посмотри, существует таковое или нет?

— Ну есть… И не такое уж маленькое… Холодное называется… Тут болота вокруг. Ближайший райцентр… – Гуров водил карандашом по карте. – Буяново… А на юге – Маргополь… Что тебе взбрело в голову?

— Помнишь, у нас парень был, молодой пилот… Ну, тот, что разыскивал погибшие самолеты. Кеша Мечников! Тот, что пропал без вести год назад?!

— Ну… Помню… – стушевавшись, ответил Гуров. – И что?

— Я только что видел его.

— Так хватай его за руку и веди сюда!

— Он мертв… В том самом озере…

Степанов прервал связь и положил трубку на место. Какое-то время он стоял с закрытыми глазами, слышно было, как о борт шлепалась волна.

Иннокентий Мечников был не только пилотом. Он состоял в клубе «Пропавшая экспедиция» и все свободное время посвящал поиску не вернувшихся из полета самолетов. Самой большой мечтой его было найти самолет Леваневского, четырехмоторный бомбардировщик Н-209, пропавший без вести 12 августа 1937 года при попытке беспосадочного перелета в Америку через Северный полюс. Легенды говорили о том, что перед самым взлетом к самолету подкатил «паккард» с чекистами, и Леваневский принял на борт коробку с двумя шубами и банкой икры для передачи в качестве подарка Сталина жене Рузвельта. Слабая надежда, что взрывное устройство главы НКВД Ежова сработало еще до подлета к Ледовитому океану и самолет упал где-то в тундре, толкала на бесплодные поиски все новых и новых энтузиастов.

Но находками поисковиков чаще всего были обычные гражданские самолеты или боевые машины времен Второй мировой войны, хотя и они часто оказывались сенсационными… Последней находкой Мечникова как раз и оказался такой самолет, и это стоило ему жизни.

«Сердце Степанова билось учащенно, виски распирало от боли. Что? Что?! Что со мной произошло?! Что это было?! Сон?.. Мираж?! Выдумка? Бред?! Нелепица какая-то, – пытался разобраться он в происшедшем. – Но я видел… Сам видел?! И озеро, о котором до той минуты и понятия не имел! И самолет!.. И Кешу…» – Он открыл глаза и устало провел по лицу рукой.

Хотел еще глотнуть теплого, обжигающего нутро виски, но передумал, успокоился и поднялся по короткому трапу на палубу.

Специальными растяжками Херминаль привязал тунца к палубе. Ксения рассматривала раковины.

— У вас воздуха оставалось всего на две минуты, – сказал Юра.

Степанов словно не слышал. Он осмотрелся, как бы подыскивая что-то, увидел загорелую спину Ксении и нацарапал на ней контур самолета. Вопросительно посмотрел на Юру, тот недоуменно перевел взгляд с рисунка на Степанова и снова на рисунок.

— «Юнкерс-87»… Пикирующий бомбардировщик… – неуверенно, голосом ученика произнес он.

Степанов кивнул и в задней части фюзеляжа нацарапал крестик. Юра удивленно смотрел на Степанова, но тот больше не сказал ни слова.

Ветер менял направление, на океанском горизонте появилось крохотное белое облачко, первая волна звучно ударила о борт катера. Пора было возвращаться в Санта-Фе, удобную глубоководную бухту неподалеку от Гаваны, где в прекрасных клубах и отелях отдыхали после морских путешествий или рыбной ловли иностранные яхтсмены и богатые туристы.