Книга Клуб друзей по убийствам, страница 67 – Кэтлин Уэст

17: Сестра говорит, что надо стремиться к большему.

69: Обожаю Марию Терезу.

17: Боже, не могу поверить, что забыла вам рассказать! Угадайте, что я выяснила? Вы даже не представляете, кем работала моя наставница в прошлой жизни.

30: Имеешь в виду, до монастыря? Она была фитнес-тренером? 😂

17: НЕТ. ПОЛИЦЕЙСКИМ ДЕТЕКТИВОМ. Поверить не могу.

44: Ничего себе. Ты спрашивала ее про наше расследование?

17: Э-э…

27: Мы что, теперь все прибиваемся к правоохранительным органам? У нас и ФБР, и Джессика Флетчер, а теперь и детектив, которая сменила форму на монашеские одеяния.

17: А что не так?

69: Мне кажется, это похоже на судьбу. Уверена, мы распутаем дело.

30: 🤞 Молодец, что справилась с экзаменом, малышка!

Габриэлла Джонсон

11 мая 2023 года

— Ты намного добрее меня, – заметила Габриэлла, когда Сара согласилась подвезти ее – при условии, что заедут и за Младшей, чтобы вместе поехать на вечернее собрание.

Действительно, Сара Элизабет Джонс из Вермонта была очень доброй. А еще позитивной и любопытной – именно такие обычно и попадают в лапы мошенников. Сара всегда искала в людях хорошее, в частности в Габриэлле Джонсон, своей новой лучшей подруге, Саре Двадцать-Семь.

— Буду в 18:37, – сказала Габриэлла по телефону.

Тридцатилетняя рассмеялась над такой точностью и положила трубку. А Габриэлла плюхнулась в складное походное кресло – такие бабушки с дедушками таскают на детские футбольные матчи.

Ее родственники не ходили на матчи Оскара, по крайней мере после того, как его не взяли в юниорскую сборную на втором курсе. После объявления состава он пришел домой и через месяц-другой все изменилось.

Габриэлла приучила себя не думать о том, где сейчас брат, на чьем кишащем насекомыми матрасе, в какой квартире. Переводов на банковский счет отца было достаточно. Чтобы спасти брата, Габриэлла отказалась от всех моральных принципов.

Теперь достаточно? Скоро ли она получит от него весточку?

Когда Габриэлла видела Оскара последний раз, он был изможден, скулы и челюсть заострились. Рядом с правым глазом из царапины сочилась кровь, а над бровью красовался новый шрам, примерно в сантиметре от того, который оставила она в приступе ярости в начальной школе, запустив в него машинкой. Они встретились ночью в забегаловке рядом с аэропортом О’Хара, и проблемы брата привели ее в Пеорию, в Канзас-Сити, а теперь в Миннеаполис. Лед в стаканах звенел, когда над головой пролетали самолеты.

Тот вечер закончился бешено стучащим сердцем и собранным впопыхах чемоданом. Оскару нужны были деньги. Он не мог сказать матери, да она и не стала бы помогать – после того как дважды оплатила реабилитацию. Габриэлла тоже поначалу не хотела.

Но он молил так отчаянно, что она не выдержала. А еще Габриэлла по жизни задолжала Оскару. И когда он сказал, сколько требуют бандиты, она точно поняла, чего стоит ее относительно нормальное детство. Это кара за побег из дома, за то, что Оскар отдувался за них двоих, когда у отца сносило крышу. Сумма составляла двести пятьдесят тысяч долларов.

Четверть миллиона.

— У меня нет… – начала она тогда.

Оскар молча придвинул к ней телефон. На фото была Габриэлла в синем платье в горошек, а рядом на ковре сидели ее третьеклашки, сложив ноги по-турецки. Кто-то сфотографировал их в прошлую среду на игровой площадке.