Книга Ящик Скиннера, страница 12 – Лэй Ми

— Материалы дела в полиции?

— Да.

— Люо Цзяхай признался?

— Не-а. – Бьян Пинь потер шею. – Ребята всю ночь допрашивали его, но этот говнюк только и твердит, что убил старуху; насчет мотива молчит как рыба. Однако они более-менее разобрались, откуда он взялся. Ты не поверишь, но он, кажется, совершил еще одно убийство.

— Что? – Фан Му застыл, потрясенный. – И жертвой была девушка в красном, верно?

Бьян Пинь поднял голову и многозначительно на него посмотрел.

— Это возвращает меня к вопросу, который я в любом случае собирался тебе задать. Откуда ты узнал про девушку в красном?

— Догадался. – Фан Му сделал паузу. – По движению глаз Люо Цзяхая.

— Итак, я тебя слушаю.

— В обычной ситуации, если человек правша и если он в задумчивости смотрит влево, это значит, он вспоминает реальное событие из прошлого. Если вправо – представляет себе нечто, чего раньше не видел. Если взгляд скользит вниз и влево, он вспоминает звук голоса, если вниз и вправо – думает о чем-то, что воспринимал через зрение или другие органы чувств.

— А красный цвет? Его-то ты как угадал?

— По напряжению мышц лица Люо Цзяхая. Обычно, когда человек думает о чем-то красном, это вызывает у него нервозность и мышцы лица сокращаются. Если он думает о чем-то желтом, у него не только напрягаются мышцы, но еще и появляется выражение отторжения, недовольства. – Фан Му сделал торопливый вдох и продолжил: – Вчера в какой-то момент Люо Цзяхай задумался. Раньше я уже заметил, что он держит нож в правой руке, поэтому, когда его взгляд сначала скользнул вверх и влево, а потом вниз и вправо, а лицо напряглось, но без выражения недовольства, я догадался, что он думает о девушке. А потом решил рискнуть и сказал ему, что он думает о девушке в красном.

— Хмм… – Бьян Пинь задумчиво кивнул. – Наверняка он правда думал в тот момент о девушке. Но она была не в красном.

— Что вы хотите сказать? – Глаза Фан Му широко распахнулись.

— Неделю назад пропало трое студентов из Технического колледжа Цзянбина. Это был не кто иной, как Люо Цзяхай, плюс две девушки оттуда же – Шен Сянь и Сан Наннан. – Бьян Пинь сделал паузу. – На момент исчезновения Шен Сянь была в белом платье, а Сан Наннан – в желтой футболке и черных шортах.

«Мы с Шен Сянь не хотели бы покинуть этот мир с грузом страшного преступления на душе…»

Значит, когда он задумался, то представлял себе ту девушку, Шен Сянь.

Белое платье… С красным…

Фан Му нахмурился и поднял голову на Бьян Пиня, выжидательно глядевшего на него, а потом медленно произнес:

— Белое платье, залитое красным.

— Я тоже об этом подумал. – Лицо начальника помрачнело. – По крайней мере одна из этих девушек может быть уже мертва.

Секунду подумав, Фан Му спросил:

— Что мы можем сделать?

— Расслабиться. – Бьян Пинь развернул плоский монитор у себя на столе экраном к Фан Му. – Вот, посмотри.

Там проигрывался ролик – кажется, фрагмент какого-то телешоу. Фан Му вспомнил, что на месте преступления валялась брошенная камера, которая продолжала снимать.

— Это видео с камеры из той квартиры?

— Именно. – Бьян Пинь удобно растянулся на диване, стоявшем вдоль стены его кабинета. – Ты посмотри, а я пока вздремну. За всю ночь глаз не сомкнул…

Первые десять минут в ролике не было ничего необычного – то же самое, что показывают по телевизору. Однако Фан Му заметил, что лицо у Люо Цзяхая все время казалось мрачным – вероятно, он тревожился насчет того, что собрался сделать. Потом наступил момент, когда Люо Цзяхай вытащил нож и напал на учительницу Цин – тут в кадре начался хаос. Сначала камера наклонилась на бок, и раздался крик учительницы, а также перепуганные возгласы членов съемочной группы. Фан Му продолжал внимательно смотреть; камера тряслась так, что у него закружилась голова. Тряска продолжалась еще несколько секунд, после чего объектив дернулся вверх, перевернулся и замер.