Книга Тень мертвеца. Последнее дело Фан Му, страница 192 – Лэй Ми

Фан Му несколько секунд не сводил с него глаз. Затем, медленно выдохнув, спросил:

— Закончил?

Цзян Я слегка кивнул.

— Хорошо. – Фан Му встал и, тщательно выговаривая каждый слог, продолжил: – Запомни: я сделаю все, чтобы погасить этот свет.

С этими словами он развернулся и направился к двери. Открыв ее, услышал голос Цзян Я:

— Офицер Фан, ты так и не рассказал мне, как погиб его лучший друг…

Фан Му обернулся. Цзян Я смотрел на него с грустью, в его глазах блестели слезы. Это был уже абсолютно другой человек.

— Авария на шахте. – Небрежно выплюнув эти три слова, Фан Му открыл дверь и вышел.

* * *

На обратном пути Фан Му долго не мог успокоиться. «История» Цзян Я подтвердила его догадки. Этот человек и есть «Огни города». Все это произошло так легко и так неожиданно, что Фан Му вдруг начал сомневаться в правдивости этого вывода.

Несомненно, Цзян Я был самым смелым противником, с которым профайлер когда-либо сталкивался. Он практически во всем признался, но доказательств для привлечения к ответственности все равно не хватало. И Цзян Я прекрасно это понимал, иначе не стал бы открываться в такой почти провокационной манере.

Что делать? Терпеливо ждать, пока он совершит еще одно преступление, а потом искать доказательства?

Полиция хоть и не располагала неоспоримыми доказательствами, но, безусловно, будет внимательно следить за ним. Маловероятно, что в ближайшее время произойдет еще одно преступление. Кроме того, кто станет следующей жертвой? Спекулянт, торгующий токсичными пищевыми продуктами, чэнгуань, жестоко исполняющий закон, или безответственный врач? Но суть проблемы не в этом. Больше всего Фан Му беспокоило другое: есть ли еще люди, готовые осуждать «Огни города»?

«Этот город нуждается в нем, нуждается в луче света».

Фан Му вынужден был признать, что во время их разговора был по крайней мере один момент, в котором он согласился с Цзян Я.

Люди, живущие в этом городе, за свою долгую или короткую жизнь в той или иной степени подвергались плохому обращению со стороны окружающих. Значительная часть этих злодеяний может быть осуждена только моралью. В то время и в том месте закон оказался бледным и бессильным. Мы можем сочувствовать, можем злиться, но нам и в голову не придет убивать тех злодеев, которые изначально не имеют к нам никакого отношения. Страдания других людей – это лишь страдания других людей, и в основном наша сдержанность объясняется отсутствием сопереживания. Однако стоит кому-то сделать это, как мы неизбежно почувствуем удовлетворение. И это касалось как народа, так и полиции.

В расследовании серии убийств «Огней города» то, что поддерживало готовность полицейских действовать, в основном проистекало из своего рода профессионального инстинкта. Жертвы действительно отвратительные, а убийца оказал всему миру услугу. Стало ли меньше таких голосов в рядах полиции?

Фан Му выглянул из окна машины: ярко светило зимнее солнце, непрерывно раздавался гул голосов. Наступающий новый год наполнял город атмосферой гармонии и радости. Будь то мужчины или женщины, старики или дети, – на лицах каждого читалось спокойствие и внутреннее умиротворение, а сами они сияли, как ярко-красные фонари, развешанные повсюду.

Неужели это чудное время и место охраняет не закон и порядок, а воздаяние за грехи, не анализ своих действий и терпимость, а жестокие убийства по принципу «зуб за зуб»?