Во дворе было не так много людей, и это позволило мне немного успокоиться. Я выдохлась настолько, что, добежав до первого здания, остановилась, хватая ртом воздух. Впрочем, Ма На с компанией выглядели не лучше: они остановились в нескольких метрах от меня, переводя дыхание и ругаясь. В драке я им точно не ровня, но в выносливости мы посостязаться сможем… Засунув кроссовки в портфель, я сделала несколько глубоких вздохов – и приготовилась бежать дальше. Однако, лишь завернула за угол, кто-то схватил меня за волосы. Я повалилась на спину. Они тут же начали пинать меня, громко ругаясь. Мне ничего больше не оставалось, как свернуться калачиком и изо всех сил отбиваться от них портфелем.
Тогда я услышала громкий стук – это мой пенал с грохотом отлетел в стену, чуть не переломившись на две части, и все мои принадлежности мигом разлетелись по траве. Я подползла туда на коленях, подобрала циркуль и начала размахивать им.
Чжао Линлин вскрикнула – и в тот же миг присела на корточки, откинув подол школьной юбки. Из царапины на ее голени сочились капельки крови.
Да уж, наделала я дел… Но мне уже все было безразлично. Я встала и пошире раскрыла ножки циркуля, крепко вцепившись в него.
— Не подходить!
Я знала, что в тот момент мой вид оставлял желать лучшего: с всклокоченными волосами, извалявшаяся в грязи, бессильно кричу… Но это было неважно. Все, чего я желала, – это напугать их. Чтобы спасти себя от физических мучений, какой еще нужен вид?
Лицо Ма На исказилось: образ элегантной принцессочки исчез без остатка.
— Твою ж мать, ты еще смеешь нас трогать?!
Открыв портфель, она достала оттуда нож для бумаги и со скрежетом выдвинула лезвие.
— На-На! – Сун Шуан неожиданно схватила ее, указав на вход в жилой комплекс.
Я тоже машинально повернула туда голову: к нам неторопливо приближалась девочка, одетая в такую же школьную форму, как у нас. Я хотела позвать ее на помощь, но крик застрял в горле. Однако она все же заметила нас – и в страхе замедлила шаг.
Ма На махнула ножом в мою сторону:
— Ты! Иди сюда, поговорим.
А Чжао Линлин крикнула этой девочке:
— Не ввязывайся!
Она, пригнув голову, пошла вперед.
Слово «поговорим» подарило мне небольшую надежду. Все так же держа в руках циркуль, я шаг за шагом отходила назад, в другой конец жилого комплекса.
Небо мрачнело; казалось, что к темным тяжелым тучам можно притронуться. Ко мне постепенно вернулось спокойствие. Дойдя до края стены, я остановилась и собралась с силами:
— То, что произошло сегодня…
Не успев закончить фразу, я осознала, что «поговорим» – это всего лишь пустые слова. Трое ринулись вперед, нож в руках Ма На сверкнул холодным блеском.
— Погодите! – Я снова принялась размахивать циркулем. – То, что произошло сегодня…
Я закинула портфель на плечо, подняла левую руку и дважды воткнула циркуль себе в лицо. Голова шла кругом. Сразу же, пока не рассеялось чувство онемения, я быстро наклонилась, подняла штанину и оставила себе царапину на голени. Из нее сразу же полилась кровь.
— Давайте так – и мы в расчете, хорошо?
Чжао Линлин и Сун Шуан, застыв на месте, взглянули на Ма На. Я молча смотрела на них.
Навредить самой себе – это был мой последний способ сохранить свое достоинство. Возможно, сегодня мне удалось бы скрыться, но завтра снова нужно идти в школу – и я по-любому столкнулась бы с ними. Нужно было чем-то удовлетворить их, только тогда я смогла бы спокойно продолжать учиться. Но я не хотела, чтобы они поднимали на меня руку…
— Думаешь, на этом всё? – Ма На вышла вперед. – Ты посмела ударить меня по лицу…
Я закусила губу:
— Я же отплатила себе вдвойне.
— Это все фигня! Разве твое лицо настолько ценно, как мое?
Чжао Линлин и Сун Шуан снова ринулись в бой:
— На-На, что нам сделать?
Ма На прищурилась, оглядев меня сверху вниз и презрительно усмехаясь уголком губ. Внезапно она ударила меня в живот. Удар не был настолько сильным, как когда они били меня руками и ногами, но я вмиг осознала – дело плохо.
По моим ногам потекла теплая струя.
Сун Шуан недоуменно взглянула на мои синие штаны, наблюдая за тем, как светло-синий становится темно-синим.
— Она описалась, ха-ха-ха! – громко захохотала она.
Сдавив руками живот, я присела, ощущая тепло, пышущее внизу. Собрала все силы, чтобы сдержаться, но стоило этому шлюзу раскрыться…
Эти трое передо мной покатывались со смеху.
— Ладно, ладно… Сейчас вы довольны?
Но оказалось, что нет. Ма На перестала смеяться и указала на меня:
— Снять с нее одежду!
Вслед за этим несколько рук вцепились в мою спортивную форму, с силой оттягивая и разрывая ее. В моей голове зияла пустота. Я лишь понимала, что после недержания мочи на глазах у всех меня ожидал еще больший позор.
Я инстинктивно сопротивлялась. Вставала, но меня толкали снова. В собственной моче и пыли я валялась на траве, и меня били с разных сторон. Я хотела ухватиться за землю, но у меня не получилось.
Около дороги был раскрытый канализационный колодец. Никто и не заметит…
Я спрыгнула. Ударившись несколько раз о стены колодца, скользнула на самое дно.
В тот миг я подумала, что разбилась, но, к своему удивлению, почувствовала лишь радость и спокойствие. Умерла – и всё на этом. Однако я очнулась. Вся в грязи и глине, полностью в замешательстве, я приподнялась.
Они смотрели на меня сверху, склонив головы над отверстием колодца.
Я посмотрела по сторонам и схватилась за железную лестницу. Думаю, этого достаточно? Мне нужно возвращаться домой. Даже если меня высекут за то, что я вернулась поздно и вся измазанная, мне в любом случае нужно вернуться.
В ту же секунду на меня свалился кусок грязи, смешанной с травой. Тогда же долетел и голос Ма На:
— Ты еще смеешь подниматься? Оставайся там! Ничтожество!
Не почувствовав боли, я просто смахнула грязь с головы и залезла на первую ступеньку.
И снова в меня полетели куски грязи.
Ладно, ладно… Отсюда должен быть другой выход.
Я спрыгнула с лестницы и двинулась по трубе. В голове была лишь одна мысль – мне необходимо попасть домой…
Дорогой дневник, боюсь, что не смогу дописать, потому что свеча догорает. Очень скоро все здесь погрузится в темноту, да такую, что будет трудно даже увидеть свои пальцы. К тому же мне нужно кое в чем разобраться…
Откуда здесь, в трубопроводе, взялась свеча?
