Книга Город прощения, страница 69 – Лэй Ми

Короткие объятия показались долгим, сладким сном. Лишь когда дыхание Ся Тяня стало тяжелым и он, приподняв ее подбородок, жадно потянулся к ее губам, Гу Лань очнулась. Она оттолкнула мужчину, выпрямилась, поправляя волосы и одежду. Ся Тянь тихо спросил:

— Когда же мы сможем быть вместе открыто?

— Когда все это закончится. – Гу Лань повернулась к нему, пытаясь улыбнуться, но краем глаза заметила на заднем сиденье большой черный полиэтиленовый пакет, из горловины которого пробивался слабый блеск.

— Что это?

— Ничего. – Ся Тянь отвел взгляд. – Кое-какие мелочи.

Гу Лань посмотрела на него, развернулась и потянулась к заднему сиденью. Из пакета выпал сложенный выкидной нож. Она вздрогнула, вытащила весь пакет на переднее сиденье – и сразу почувствовала его необычайную тяжесть.

В пакете она обнаружила целых десяток выкидных ножей, складных ножей и телескопических дубинок – и остолбенела. Резко затянула горловину пакета и, обернувшись, спросила:

— Что ты собираешься делать?

— Тренировать их. – Ся Тянь смотрел на ее глаза, готовые вот-вот выстрелить огнем. – Разве можно учить ребят только драке на кулачках?

— Ты хочешь вырастить из них убийц?

— В какой среде им предстоит оказаться в будущем, знаем и ты, и я, – не отступал Ся Тянь. – Иначе зачем ты отправила их ко мне на тренировки?

— Я хочу закалить их волю! Но не учить их причинять вред другим!

— Если б я сам не научился этому, думаешь, дожил бы до встречи с тобой?

Гу Лань стиснула зубы, изо всех сил сдерживая эмоции:

— Ся Тянь, все, что мы делаем, – для того, чтобы эти дети больше не столкнулись с тем, через что прошли мы.

— Это ты сказала, что хочешь превратить их в волков. – Ся Тянь уставился на нее. – А у волка должны быть клыки и когти! – Он сделал паузу. – Иначе как они смогут восстановить справедливость для невинных?

— Это не одно и то же! – закричала Гу Лань.

Она указала на Ся Тяня пальцем; ее губы дрожали, но больше не издавали ни звука. Ся Тянь взглянул на вздувшиеся вены на этой руке, потом на ее смертельно бледное лицо, и словно с него мгновенно сбросили доспехи.

— Я понял… – Он обнял застывшую и непрерывно дрожащую Гу Лань. – Я сделаю, как ты хочешь, хорошо?

В ушах у него раздавались ее тяжелое дыхание и стук зубов. Ся Тянь крепко обнимал Гу Лань, пока ее тело постепенно не расслабилось. После долгого вздоха она оттолкнула Ся Тяня, ее лицо по-прежнему было мрачным.

— Сначала уезжай ты. – Опустила голову. – В ближайшее время постараемся не встречаться; если что, я сама с тобой свяжусь.

Настроение Ся Тяня упало.

— Хорошо.

Гу Лань положила пакет обратно на заднее сиденье:

— Выбрось его.

Ся Тянь с досадой цокнул языком:

— А учить их хотя бы элементарной самообороне тоже нельзя?

— Нельзя! – Тон Гу Лань не допускал возражений. – Не давай им иметь с этим дело.

— Почему?

— Я хочу, чтобы в них был дух волка, но не хочу превращать их в зверей. – Она повернулась и, глядя на Ся Тяня, отчеканила каждое слово: – Если у человека в руках нож, он захочет узнать, каково это – вонзить его в тело другого.

* * *

— Алло?

— Здравствуйте, это господин Ван Гуанъянь?

В трубке послышался легкий вздох.

— Я его отец… Ладно, приходите, я прямо в магазине.

— А? В магазине?

— Разве вы не видели объявление в торговом центре «Цзяхуа»?