Книга Город прощения, страница 162 – Лэй Ми

— Верно, – кивнул Фан Му. – Девятнадцать лет назад она тоже использовала это, чтобы с помощью Ма Дунчэня убить Чжоу Сицзе.

— Она пытается дарить любовь, даже если это приносит боль. – Ми Нань смотрела на него. – Поэтому я по-прежнему придерживаюсь своего мнения: тот неопознанный донор – ее ребенок.

— Если не хочешь никакой боли, не дари никакой любви… – вздохнул Фан Му. – Она к этому готова.

— Да. – Ми Нань улыбнулась. – Такую любовь, возможно, нам не понять. Но для нее она бесценна. – Вдруг подалась вперед: – Понимаешь?

* * *

В полночь Гу Хао внезапно проснулся. На мгновение ему показалось, что он спокойно лежит на своей кровати в старом доме. Однако, слегка пошевелившись, тут же почувствовал стянутость в груди и животе. Протянул руку – кончики пальцев ощутили шероховатость бинта. Это была рана после биопсии.

Гу Хао очнулся. Сейчас он в чужом городе, болен и лежит в постели.

Открыв глаза, он увидел белый потолок. Ниже – бежевая штора на рельсе. Ночник в палате излучал сквозь штору тусклый свет. Это была одноместная палата, вероятно, дорогостоящая. Если б не паршивец Тай Вэй, который настоял на переводе в «люкс», Гу Хао не стал бы тратить эти деньги. Разве это легкие деньги? Зарплата названого сына не с неба падает. Но переубедить его было невозможно, пришлось смириться.

Однако Гу Хао искренне переживал за него. Тай Вэй отправил Цзян Юйшу домой, а сам остался в больнице ухаживать за ним, безо всяких обсуждений. Ростом под метр девяносто, он поставил в палате раскладушку и спал на ней. На следующую ночь, беспокоясь, что храп будет мешать Гу Хао спать, перенес раскладушку в коридор.

При этой мысли в сердце старика снова поднялось чувство вины. Кожный зуд, потеря аппетита, пожелтение лица у него были уже некоторое время. Но в его-то годы, почти в восемьдесят, он считал, что проблемы со здоровьем – это нормально. Однако не ожидал, что сляжет именно сейчас. Не только не нашел Су Линь, но еще и втянул в эту историю Цзян Юйшу и Тай Вэя… Чувство вины сменилось досадой – ничем не помог, только создал другим проблемы.

Он не мог больше лежать. Ночью становится холоднее, а Тай Вэй спит в коридоре – может простудиться… Гу Хао прижал рану, другой рукой уперся в кровать, медленно сел и начал ногами искать тапочки. Вдруг заметил на шторе тень, словно кто-то сидит у кровати. Он удивился: разве Цзян Юйшу не уехала?

— Сяо Цзян?

Посетитель молчал, не двигаясь.

Гу Хао тут же осознал: что-то не так. Судя по силуэту, это была женщина – и намного худее Цзян Юйшу.

Его сердце забилось бешено. Из глубин подсознания медленно всплыло бледное лицо с острым подбородком и узкими глазами…

В палате стояла тишина. Двое, разделенные тонкой шторой, молча смотрели друг на друга. Их дыхание стало единственным звуком в комнате. Одно учащенное, другое ровное. Постепенно они слились в один ритм.

Спустя долгое время Гу Хао тихо спросил:

— Нашла свое море?

Силуэт с другой стороны шторы, казалось, вздрогнул, но по-прежнему не отвечал.

— Живешь хорошо?

Поза снова изменилась, словно гостья слегка кивала.

— И хорошо… – На лице Гу Хао появилась слабая улыбка. – Но почему ты все такая же худая?

Гостья подняла руку, словно касаясь своего лица.

— Замужем? Есть дети?

Она медленно покачала головой.