Книга Прогулки в прошлое, страница 41 – Анна Васильевна Дубчак

— Вот запишите все это в блокнот, а потом расскажите Любе, — посоветовала ей Женя. — Кто знает, может, это ее заинтересует, может, эта информация как-то поможет ей найти ответы на свои вопросы и она оставит вас уже в покое?

Рита

Обморок сделал меня совсем слабой. Еще этот приезд следователя Реброва… Зачем он подарил мне букет? Быть может, чтобы как-то поддержать меня?

Конечно, меня завалили вопросами, но как иначе? Всем не терпелось знать, в чем заключается интрига, что хочет узнать от меня Люба. И я рассказала все, что знала. Мы все хотели знать, что могло связывать мою сестру с Любой. И вдруг совершенно неожиданным образом все разъяснилось: оказывается, Ольга Воскресенская и Люба были (если это, конечно, не совпадение) родственницами, Люба, судя по всему, была невесткой Ольги, вдовой ее покойного брата. Предположили сразу, что такой живой интерес к моей сестре у Любы возник не случайно. Вероятно, она предположила, что Вера могла знать что-то важное, что касалось этой семьи. Причем настолько важное, что ее за это и убили.

Вот такие вырисовывались схема, мотив. А мотив, как известно, может привести и к убийце. Но поскольку Веры уже не было в живых и она рассказать ничего не могла, то косвенной свидетельницей могла быть я. Люба, вероятно, надеялась, что сестра перед смертью рассказала мне какую-то тайну. Вот только я никак не могла понять, какого рода эта тайна. Что хотела через меня узнать Люба? Ясно, что дело не касалось денег, Люба и без того была богата. Значит, ее интересовало что-то другое. Но что?

Я за ужином выпила. Хотела немного расслабиться. Но алкоголь не развязал мне язык, как этого, должно быть, хотели все присутствующие за столом. Меня потянуло в сон. Это и понятно. Сказались бессонные ночи, волнение и стресс.

Последнее, что я вспомнила о сестре и рассказала собравшимся, — это история о том, как моя сестра неожиданно для меня стала домработницей Ольги Воскресенской. Ну да, она помогала ей прибираться в ее доме. Но что в этом такого уж из ряда вон выходящего, если ей за это платили приличные деньги? Да Верочка прямо ожила, когда почувствовала вкус денег. Конечно, это были не баснословные гонорары, но для нее это была существенная прибавка к ее зарплате медсестры. Кажется, я собиралась рассказать еще и о том, что стала подозревать, что моя сестра стала слишком уж много времени пропадать в доме Воскресенской.

Да-да, это было уже незадолго до смерти. Помнится, ей как-то позвонили из поликлиники и спросили, почему она не вышла на работу. Я случайно услышала этот разговор, вернее вопрос, который прозвучал в телефоне, поскольку Вера находилась неподалеку от меня, но вот что именно она ответила, я уже не слышала — Вера вышла из комнаты и уединилась в ванной. То есть она не хотела, чтобы я узнала, почему она не ходит на работу.

Больше таких звонков на моей памяти не было, из чего я могла сделать вывод или предположить, что Вера либо один раз по какой-то причине не вышла на работу, либо вообще уволилась из поликлиники. Расспрашивать ее я не стала, да и вообще, если честно, не придала этому значения. Да, точно, я подумала, что она просто один раз не вышла на работу. Да и зачем вмешиваться так уж активно в ее жизнь, если Вера выглядела счастливой? Вот если бы у нее возникли проблемы, то я точно заметила бы это, но тогда и сама Вера рассказала бы мне, что ее мучает.