Книга Не верь глазам своим, страница 25 – Лариса Соболева

— У нас на повестке… – тем временем, перебирая листы, сказал следователь, да спохватился. – Простите, а как ваш отец?

— Пятьдесят на пятьдесят, – ответил Сергей.

— М-да… Ну, что ж, люди со статусом всегда под прицелом. У вас есть мысли по поводу покушения?

— Нет. А какие должны быть мысли?

— Вы кого-нибудь подозреваете?

Сергей за минуту провернул в голове всех знакомых и выдал двойной и противоречивый ответ:

— Никого. И всех.

— Понятно. Как обычно, – разочаровался Гробовский.

— Что? – напрягся Сергей, ибо вторым планом он услышал упрек. – Что вы имеете в виду? Что значит «как обычно»?

— Да то и значит, обычно никто ничего не знает, не видел, не слышал, не думал, не предполагал. Но так не бывает, вывод я сделал из собственной практики. А конфликты у вашего отца были или он в мире эльфов жил?

— Конфликты абсолютно у всех бывают, это еще ничего не означает, – заметил Шевелев. – А если исходить из конфликтности, то в нашей державе не должно остаться ни одного человека, как и в любой другой стране.

Самое сложное в работе следователя – допрашивать элитку, считал Гробовский, эти деятели высокомерны, нахальны, умничают не по делу, дистанцируются, дескать, я пуп земли, а ты пыль на носках моих ботинок. Но копни каждого, такое обнаружишь…

— И тем не менее, – произнес он вслух, – должна быть причина покушения. Взрыв на дистанционном управлении, а не, к примеру, мелкая пакость, лишь бы спровоцировать аварию. Все говорит о тщательной подготовке и расчете на надежность взрыва, после которого живыми точно не остаются. Вашему отцу повезло, что выскочил из машины, удивительная случайность…

— У него пограничное состояние между жизнью и смертью, – хмуро вставил Сергей. – Он в коме. Это вы называете везением?

— Сочувствую, но с вашего разрешения продолжу. На основании уже известных фактов, можно сделать вывод: за вашим отцом велось наблюдение, выбиралось время, когда автомобиль оставался без присмотра, чтобы прилепить взрывчатку. Сейчас проводятся экспертизы остатков машины, изучаются камеры видеонаблюдения дома, парковки под домом, места работы, а также маршруты по городу вашего отца, особенно за последние пять дней.

— А что от меня требуется? – недоумевал Сергей. – Вы сказали, будто собирались вызвать меня, значит, я вам понадобился?

Странные вопросы от взрослого мужика, подумалось Гробовскому. Он, слегка постукивая пальцами по столу, посмотрел в сторону, наклонив немного голову набок, словно вспоминал нечто забытое. На самом деле оценивал Шевелева, искоса поглядывая на того, собирал первые впечатления, которые подсказывают некоторые детали в человеке, а те, в свою очередь, ведут к правильным решениям. А почему, собственно, этот респектабельный и хорошо одетый мужчина, твердо стоящий на ногах, уверенный в себе, не знающий, как выглядит последний кусок хлеба… не может быть могильщиком своего родителя? На своем веку Гробовский видел всяких преступников, малолетних и стариков, женщин и девчонок, а также жен, сестер и… сыновей. Ну, работа у него такая – с подонками дело иметь, только никто не делает выводов из чужого опыта, сами лезут в статус подонка, а потом удивляются разоблачениям.

— Вы свидетель, – сказал, наконец, Гробовский.

— Я не видел взрыва, меня там не было.