Книга Груз с особой печатью, страница 28 – Александр Тамоников

— Нашу рацию только вместе с самолетом и можно поднять или опустить, — проворчал Лешаков.

— У вас разве нет с собой переносной рации? — удивленно поинтересовался капитан Выдрин.

— У нас — нет. Но вот среди груза, который мы с собой везем, вполне может оказаться, — ответил ему Лешаков.

— Точно — есть там переносная рация! — подтвердил штурман. — Я сегодня несколько штук сам в грузовой отсек закидывал. Потому и знаю, что говорю.

— Послушайте, — вмешался в их разговор Карелин, — у меня есть предложение, которое, как я думаю, устроит всех. Предлагаю всем отдохнуть, раз уж до утра мы ничего не сможем сделать. Утро, как говорит русская пословица, вечера мудренее. Утром и решим, как нам быть.

— Я согласен с доктором, — сказал молчавший до сих пор Шубин. — Устраивайтесь все на ночь, а я выйду на улицу, покараулю.

— Зачем нас караулить? — не понял Чучалов. — Мы ведь в горах. Кто на нас может напасть тут в горах?

— Ну, во-первых, кроме нас, в горах вполне могут находиться другие люди, — заметил Глеб. — Кто-то из местных мог видеть, как падает самолет…

— Это вряд ли, — перебил капитана Жаров. — Судя по карте, мы находимся довольно далеко от ближайшего к нам населенного пункта под названием Сланец. Я бы даже сказал, что не далеко — а высоко, если учитывать горную местность.

— В горах могут быть небольшие поселения, которые на карте не обозначены, — возразил Шубин. — Георгий, — обратился он к Чичхавидзе, — ты ведь был в Грузии, знаешь.

— Не просто был, а жил там все свое золотое детство, — улыбнулся Жорик. — Да, в горах Грузии действительно полно деревенек и даже отдельных кохи. Так называют дома, в которых живут пастухи, которые перегоняют стада овец с одного пастбища на другое, — пояснил он. — А еще есть паци или пацхи…

— Ладно, мы уже и так все поняли, — рассмеялся штурман. — Но что нам могут сделать местные пастухи или охотники? Разве что показать дорогу, по которой можно спуститься с гор по направлению к Сланцам.

— Не забывайте, что в этих горах еще совсем недавно шли бои, — ответил Глеб. — Мы точно не можем знать, как настроен местный народ к тем, кто вторгся в их дом. А для них эти горы — дом, который они готовы защищать от любого незваного гостя.

— Глупости, — беспечно махнул рукой Жаров. — Какие же мы враги? Мы — освободители. Мы пришли, чтобы освободить их от фрицев.

— А ты им сам это скажи, если успеешь. Так они тебя и стали спрашивать, кто ты такой и какого беса в их горах делаешь, — неожиданно встал на сторону Шубина летчик Лешаков. — Да и наверняка тут, в горах, есть свои разбойники. Те, кто привык наживаться на горе других, не смотрят, война вокруг или мир. Да в войну, наверное, еще больше всякой нечисти в горах завелось. Тут им закон один — бери, что можешь взять, убей того, кто добровольно не отдает добро.

— Тоже верно, — согласился с доводами Лешакова Шубин. — Поэтому я считаю, что следует кому-то одному остаться снаружи и покараулить, пока остальные отдыхают.

— Идите первым, капитан, а я вас сменю через три часа, — предложил капитан Выдрин.

— А я вас сменю, — вызвался Чичхавидзе.

— Договорились, — кивнул капитан и посмотрел на циферблат наручных часов. — Твоя смена, младший лейтенант, с четырех утра и до рассвета.

Глеб взял автомат, который ему дал Лешаков, и выбрался из самолета в метель. Несмотря на свет луны, который освещал округу, из-за снега и ветра уже в пяти — семи шагах ничего видно не было. Глеб подумал, что, может, он напрасно беспокоился, и в такую погоду никто даже из местных не рискнет выйти наружу и отправиться в горы на поиски самолета. Да и вряд ли кто-то вообще видел, как они упали. Но потом все-таки решил, что в любом случае он сделал все правильно.