Книга Термос, Пельмени и Тайна Тестоленда, страница 100 – Рина Белая

Он быстро поднялся к той самой двери, обитой дерматином, с ржавым звонком и номером 42.

Вася постучал. В ответ тишина.

— Тетя Нина? — позвал он, стараясь, чтобы голос звучал не слишком раздраженно. — Что там опять?

— Ой, Васенька, миленький, — донесся из-за двери взволнованный голос. — Это не я… Это она! Заходи, смотри сам…

Она?

Он нахмурился и толкнул дверь.

Нина Петровна — маленькая, сутулая, но с боевым блеском в глазах — стояла в прихожей и с досадой дергала за шнурок от настенного выключателя.

— Сама, Васенька, видишь? Тяну-тяну, а света нет!

— Спокойно, спокойно… Сейчас, разберемся, — буркнул Вася и уже хотел залезть на табурет, но тот выглядел так, будто предал не одного ремонтника. Вася повременил с подвигами.

Через минуту он вернулся из своей квартиры, держа в руке простую, матовую лампочку. С кухни принес устойчивый стул. Встал, ловко выкрутил старую — та оказалась темной, даже слегка треснутой — и вкрутил новую.

Свет вспыхнул под потолком — теплый, желтый.

— О! Зажглась! — просияла Нина Петровна. — Васенька, ты мой волшебник! Проходи, я тебе сейчас компоту налью. Освежающий. С петрушкой.

— Спасибо, не стоит, честно… — начал Вася, спрыгивая со стула.

— Это очень полезно. И для печени, и для почек, и в голове яснее становится! Я его сама на даче делаю, по рецепту еще от моей бабки… — она уже гремела в холодильнике, доставая банку с мутно-зеленым содержимым.

— Да я просто лампочку… — попытался отмахнуться Вася, но вспомнил, что у бабки и поговорить-то не с кем. Ни родни, ни даже кошки. Все одна.

Он посмотрел на нее. Маленькая, в домашнем халате с вытертыми цветами, она стояла посреди кухни, прижав к груди банку компота, как трофей. Глаза — добрые. Одинокие.

Он вздохнул.

— Ладно. Но только половинку стакана.

— Да налью я тебе, как человеку! — оживилась она, ставя на стол два стакана. — Вот, молодец. А то все бегаете, торопитесь, как угорелые. А жизнь… она ведь в таких вот моментах и есть.

И Вася сел.

Сделал осторожный глоток.

Вкус был странный — как если бы зеленый чай и петрушка поспорили, кто здесь главный — и в процессе подрались. Но освежающий.

А что, если этот компот дракону предложить?..

Нет, не оценит.

А вот демонам, да еще и на следующее утро после адского корпоратива, — вот им бы зашло. Они бы даже рецепт спросили. Слишком живое зелье.

Вася усмехнулся этой мысли.

А Нина Петровна тут же оживилась — словно увидела в этой улыбке приглашение к разговору.

— Во-о-от, Васенька, правильно улыбаешься! А я тебе расскажу, как мы с покойным моим, Борисом… царство ему небесное… как мы укроп собирали. На даче. Он рвал, а я вязала пучки. Душа в душу жили, хоть и ворчал он частенько. Мужик настоящий был, с руками и головой на плечах…

Она говорила, не торопясь. Голос становился мягче, спокойнее. Иногда она смеялась сама себе. Иногда замолкала, чтобы отпить компота.

А Вася сидел и не перебивал.

Местами даже улыбался — не потому что история была смешной, а потому что в ней было что-то настоящее. Простое. Живое. Без магии. Без порталов. Без всей этой звездной мишуры.

— А вообще у меня новость есть, — вдруг хлопнула себя по колену Нина Петровна. — И ты, Васенька, будешь у меня первым, кто о ней узнает!

— Правда? — приподнял брови Вася. — Ну давайте, удивите.