Книга В целости и сохранности в объятиях элитного рыцаря. Книга 3, страница 38 – Фую Аоки

— При нынешних обстоятельствах, полагаю, все может ограничиться выплатой компенсации и несколькими годами заключения. Но если суд признает факты насилия в вашем доме, наказание будет куда суровее. Я, как ваш адвокат, сделаю все возможное для смягчения приговора… однако советую не слишком рассчитывать на благоприятный исход.

Глаза Изабеллы потемнели, а в голове замелькали расчеты и планы. Если всплывут показания Хлои или слуг, положение станет безнадежным.

«С прислугой я еще смогу договориться, но вот…»

Проблема была в младшей дочери. После истории с Лили уже невозможно было убедительно заявить, что все сказанное девушкой – сплошная ложь. Изабелла решила, что нужно любой ценой не допустить Хлою к даче показаний.

— Матушка…

— Что такое, Лили? – отозвалась Изабелла.

Дочь, вероятно думавшая о том же, наклонилась и что-то шепнула ей на ухо. Глаза женщины широко раскрылись.

— Не волнуйся, милая. Мама обо всем позаботится…

Тед, почувствовав исходящую от женщины стран-ную, тревожную ауру, заговорил:

— На данный момент, госпожа Изабелла, обвинения против вас еще не подтверждены, поэтому вас не задерживают. Но прошу: до дня заседания не создавайте никаких проблем. Мы и без того находимся в крайне невыгодном положении.

— Да, я понимаю… – ответила Изабелла.

Пустым, безжизненным взглядом она посмотрела на мужчину и медленно изогнула губы в жуткой ухмылке.

После того как Хлоя и Ллойд стали спать вместе, спокойствие и умиротворение их не покидало. По утрам они просыпались бок о бок, завтракали, Ллойд отправлялся на работу, а Хлоя занималась домашними делами. Вечером они снова встречались за ужином, потом каждый проводил время по-своему: Хлоя – с книгой, Ллойд – оттачивая навыки боя. А позже они ложились спать. Так безмятежно текла их жизнь, пока незаметно не наступил день выставки.

— Ого! – только и смогла выдохнуть Хлоя, оказавшись в огромном зале в центре столицы.

Она вошла по подаренному Сиэль пригласительному и теперь не могла отвести глаз от представленных работ. Сияние хрустальных люстр отражалось на десятках вышивок, расставленных по всему залу. Выставка не напоминала строгую музейную экспозицию: каждый участник обустроил собственный небольшой стенд, где представлял свои работы. Все это, скорее, походило на роскошный, сверкающий рынок искусства. В каждом уголке стояли рамки: гербы, сельские пейзажи, цветы, птицы и даже сцены из религиозных историй. Явно проглядывало талантливое исполнение, сочетание десятков оттенков и сложнейших стежков полностью раскрывало очарование каждого произведения.

В одном из углов зала находился демонстрационный уголок, где прямо на глазах у публики вышивали мастерицы. Затаив дыхание, люди наблюдали за каждым движением иглы. Хлое, как и остальным гостям, выставка показалась настоящим раем.

— Сколько же здесь всего, – пробормотал Ллойд, оглядываясь по сторонам.

Он пришел вместе с девушкой и теперь с любопытством рассматривал бесконечные ряды стендов. По сравнению с живописью или другими ремеслами вышивка занимала скромное место в мире искусства, однако конкретно это мероприятие поражало масштабом и количеством посетителей.

Ллойд никогда не ладил с иглой, поэтому интереса к вышивке у него особого не было. И все же, видя перед собой высококлассные работы мастеров, он не мог оставаться равнодушным. Одного взгляда хватало, чтобы понять, сколько труда и терпения вложено в каждое произведение. Юноша чувствовал себя так, будто стоит перед древним собором, который возводился веками. Если даже Ллойд был впечатлен, то Хлоя и вовсе сияла от восторга.