Книга Расставание по согласию. Книга 1, страница 48 – Цзюлу Фэйсян

Я, как генерал оборонительных войск, даже не успела насладиться радостями семейной жизни, как оказалась по уши в расследовании. Мы прочесывали пики и ущелья, но никаких зацепок не было. Бессмертные просто растворялись в воздухе.

Со временем обстановка становилась все мрачнее.

В самых глухих, заброшенных уголках Куньлуня начали появляться страшные находки – части тел пропавших бессмертных. Казалось, их растерзало и сожрало какое-то чудовище. Находили то оторванную руку, то ногу, то скальп с длинными волосами. Самым пугающим было то, что вокруг этих останков не было ни следов борьбы, ни капель крови, словно жертвы исчезали в пасти зверя мгновенно.

Мы сбились с ног, но убийцу найти не удавалось. Страх, липкий и холодный, распространился по Куньлуню. Младшие бессмертные боялись выходить из своих жилищ.

Поползли слухи. Кто-то шептал, что это Темное божество, веками заточенное в пучине Северного моря, вырвалось на свободу. Кто-то утверждал, что барьер прорвала могущественная нечисть. Но большинство косых взглядов и злых шепотков были направлены в одну сторону. На Се Чжо.

А Се Чжо… никогда не оправдывался. Он принимал это молчаливое осуждение с пугающим равнодушием.

Я же в то время любила его до безумия. Моя привязанность стала ему щитом: я не собиралась терпеть эти беспочвенные, гнусные обвинения и, чтобы очистить его имя, стала брать Се Чжо с собой в каждый дозор. Стоило мне услышать сплетню, как я вставала грудью на защиту мужа, готовая перегрызть глотку любому клеветнику.

Я говорила тогда Се Чжо, сжимая его ладонь: «Ничего. Ты не любишь говорить – я буду твоим голосом. Ты слишком горд, чтобы оправдываться, – я объясню все за тебя!» Не знаю, что творилось тогда в душе у Се Чжо, но он послушно следовал за мной, тенью скользя рядом во время наших бесконечных расследований.

Вот только судьба сыграла с нами злую шутку. Стоило мне начать брать мужа с собой, как исчезновения бессмертных таинственным образом прекратились. Тишина. Ни новых жертв, ни следов.

Это совпадение стало искрой, попавшей в бочку с порохом. Подозрения вспыхнули с новой силой, превратившись в неконтролируемую ненависть. Бессмертные, потерявшие своих друзей и близких, начали приходить к моей обители, требуя ответа. Один из них, обезумев от горя, разнес ворота в щепки. Когда я попыталась его остановить, острый обломок дерева рассек мне лоб.

В тот день я впервые увидела истинный гнев Се Чжо. Я до сих пор помню, как его лицо исказилось и он, метнувшись вперед, схватил того бессмертного за горло и поднял в воздух одной рукой.

Я тогда еще не знала, насколько он силен. Поэтому испугалась и повисла на его руке, умоляя отпустить несчастного. Я видела глаза того небожителя – в них плескался животный ужас, он побледнел как полотно и даже не смел двигаться.

Наивная я подумала, что Се Чжо просто подыгрывает мне и пугает наглеца. Я даже отчитала бедолагу: мол, понимаю твою скорбь, но нечего срывать злость на мне! Тот сбежал, едва касаясь земли ногами.

В тот вечер я снова утешала мужа, убеждая, что верю ему безоговорочно, что бы там ни болтали другие.

И тогда Се Чжо, обычно молчаливый, вдруг сам задал мне вопрос:

— Цзюся, ты счастлива на Куньлуне?

Я не понимала подоплеки и, почесав затылок, честно ответила: