Книга Попаданка для короля драконов. Миссия накормить и обезвредить!, страница 69 – Аста Лид, Элли Барнс

Эх, вздыхаю тяжело и принимаюсь мыть пол. Потом подсобку нахожу, не без удивления отмечая, что не смотря на постоянную качку, показать миру свой глубокий, внутренний мир, меня почему-то не тянет.

И только оставшись наедине с собой и швабрами, я наконец хватаю себя сначала за грудь, а потом за то место, которым со мной хотел дружить Стефан.

Ну, что я могу сказать. Никакой я не принц. А принцесса — это плюс.

Интересно, АлИ об этом знает?

— Мурррф. — Доносится до меня знакомый звук, и уже в следующее мгновение мне на плечо забирается упитанная крыса.

И мне бы заорать. Но я-то знаю, что главное — не мех, а внутренности. Душа, в смысле, а не…

Ладно.

Лисик. Хоть ты рядом. Зверь ты мой милый.

Была повариха с лисо-хомяком, стала принцесса с крысой.

Ну, хоть жива. А дальше видно будет!

Не пропадем!

Котичек

— Бу! — Говорит дикий и необузданный, подкравшись со спины к своему Подвальному некроманту.

— ААА! — Вскрикивает тот, но быстро берет в себя в руки и принимает вид, принятый в его кругах — мистический, таинственный и в меру суровый. Благо тушка позволяет.

Одет болезный, как и положено Религии отступников — в плащ темный, почти полностью, фигуру его скрывающий и ботинки грубые.

А лицо неприметное — кровью жертвенной перемазано. Глаза только огнем фиолетовым горят — а так, ничего особенного.

— И давно ты здесь ошиваешься, служитель тлена будущего — спрашивают короля драконов.

— Достаточно. — Коротко отвечает Котичек.

Осматривается.

Вокруг него — пещера настоящая. Кристаллы мистическим пламенем голубым горят. А в самом центре места этого странного — дерево огромное стоит. И не понятно, цвета какого оно. То синим переливается листва его, то в розовый уходит, а то зеленым становится.

— Чего пришел? — Кряхтит некромант.

Совсем от рук отбился — думает хвостатый. — Никакого уважения к старшим и тем, кто его спас!

А он ведь мог, между прочим, его уже несколько раз сжечь, пару раз четвертовать, и как минимум один раз обезглавить! Но не стал. Что-то внутри него запротестовало. Мол — пригодиться еще. Не руби лихо, пока тихо.

Хотя вообще странно это все. Иррационально как-то. Ведь есть закон, им же, и писанный, а вот — не смог он поднять на него лапу и все тут. Как с самочкой его. И вроде понимает разумом, что дикость какая-то происходит, а ничего с собой поделать не может. Тянет его к ней, как магнитом. Словно спутник она его, верный. Всегда рядом, океаны его поднимает, на настроение влияет.

— Помощь нужна. — Говорит Котичек. — Дама есть одна, особенная. А стала вдруг — неособенной. Особенную нужно вернуть. Неособенную — наказать. А как выглядит особенная, я не знаю. Ну, в смысле, как неособенная она выглядит, но как оказалось — особенность внешняя не критична. Критична особенность внутренняя. Все понял? Ищи. — Сказал, как отрезал дракон и уже развернулся, чтобы пойти делами государственными заняться, как вдруг ответ слышит неожиданный:

— Ага. Шааааз. Сам кашу заварил, сам её и расхлебывай. Ты же даже мне козла не принес! — Вот, как знал, что придираться начнет!

А парнокопытные, между прочим, очень поднялись в развитии своем за последние несколько тысяч лет!

Это раньше, каждый второй был готов на заклании пойти, чтобы в жизни следующей человеком родиться или еще кем.