Книга Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!, страница 92 – Рин Дилин

— Лика, открутиться не получится, — Борат как будто прочёл мои мысли. — Они там окончательно крышами от выпивки поехали. Ты же видела, что цирковой купол собрали? Этим козлам по пьяной лавочке в голову пришла какая-то гениальная идея… Что-то про участие в межмирском конкурсе для цирков. Отец загорелся участвовать… А ты знаешь, что если он во что-то упёрся…

Вздохнув, я недовольно поцокала языком: знаю-знаю. В такие моменты Илигану лучше не говорить «нет», чтобы не навлечь беду на свою голову. Лучше состроить покорность и дать ему возможность обосраться самостоятельно, раз уж голова у него на плечах исключительно для рогов и чтобы есть предназначена.

— Я буду паинькой, но твой долг увеличивается, — буркнула я, устраивая последних милах в клетки на ночёвку.

— Ты ж знаешь, я только за! — радостно оскалился Борат.

Оно и понятно почему, долг этот была величина эфемерная. Ввела я его как-то со злости, когда в очередной раз общение с бароном довело меня до белого каления. Высказать я ему ничего не могла, поэтому оторвалась на его сынке.

«Ты мне должен!» — рыкнула ему, и для верности ткнув пальцем ему в грудь.

В чём собственно он заключался, мы с Боратом не обсуждали, но так мне было легче сносить придирки Илигана.

Который как с цепи сорвался, когда на его предложение удочерить меня, я ему ответила отказом. Ну как отказом… потребовала всё сделать по закону — через нотариуса и магическую клятву о непричинении мне вреда. Барон моментально дал задний ход: он-то меня просто «жрать» безвозмездно и безнаказанно планировал, когда у меня переходный возраст начался.

А тут оказалось, что в случае чего, я стану прямой наследницей наравне с Боратом, и платить за зверинец Илигану больше не обязана: он становился моим на условиях родственной связи. Вот и бесился этот демонюка первое время, разве что дым из ноздрей не валил при виде меня.

Пока он не успел ничего надумать, мы с Шаротиком своё родство-то быстренько на бумажках и обстряпали. Благо, что находились в тот момент в мире, где с приютами дела обстояли не очень и чинуши радостно раздавали сирот, точно бездомных щенят, в любые желающие руки. Прежде чем Илиган успел немного гонор поубавить, да что-то новенькое в мозгах своих говённых напридумать, мне восемнадцать-то и стукнуло.

Совершеннолетняя, то бишь, по человеческим меркам я стала. Вот буквально пару дней назад.

И обломался теперь Илиган по полной…

Что, несомненно, втайне очень радовало и грело мою мстительную душеньку.

— Пошли, — вновь напоказ недовольно проворчала я. — Постою там в уголке где-нибудь для количества, так уж и быть…

Довольный, Борат пошагал со мною рядом, сдерживая свой размашистый шаг под мою поступь: грудь и зад у меня выросли, а вот я сама в целом не очень. «Два вершка в прыжке», — как любил он надо мной подтрунивать. На что я парировала, что рождена для того, чтобы меня на ручках носили, а не в качестве парковочной вышки для дирижаблей.

— Лика, если что, я рядом, — поддержал меня перед входом в купол цирка Шарот, и я ободряюще ему улыбнулась: не боись, прорвёмся.

Внутри, вопреки привычной планировки, сидения для зрителей были не собраны. Зато возле арены обнаружились щедро накрытые столы, за которыми восседал Илиган со своими «великими друзьями». Артисты же смущённо жались напротив них, не зная, что от них требуется в такой поздний час.