Книга Попаданка в цыганку. Держитесь, черти, ай-на-нэ!, страница 42 – Рин Дилин

Он нехотя подчинился, а Мирьям поманила меня за собой пальцем вглубь жилища. И тут я увидела то, из-за чего она назвала себя «калекой». Из её спины вместо прекрасных белоснежных крыльев торчали два полулысых обрубка, местами покрытые пучками перьев. С беглого взгляда было понятно, что здесь имеет место не врождённый дефект, а полученная травма. Даже страшно представить, какие трагические события предшествовали этому.

Мне стало её ещё жальче.

Стараясь не пялиться на её спину, я последовала за Мирьям. Она подвела меня к такому же, как и в домике Шарота, привинченному к стене столику и указала на сиденье рядом с ним.

— Насмотрелась? Жалеешь меня? — прозорливо хмыкнула она. — Не надо… Это моя расплата… за глупость. Глупость и доверчивость. Себя лучше пожалей: если в таборе станет известно, что ты — маг хамелеон, долго тебе не протянуть. Илиган лично сдаст тебя Инквизиторам, и никто за тебя не заступится: укрывать хамелеонов себе дороже, Инквизиторы спалят весь табор, словно заражённый сумрачной чумой.

От удивления я по-лошадиному всхрапнула: кто хамелеон?! Я — хамелеон?! Но Зельда же ничего такого во мне не увидела…

— Удивлена? — верно истолковала Мирьям звук, ощупывая руками баночки с кистями и краской на этажерке рядом со столом. Чтобы хоть как-то наладить контакт, я одинарно стукнула пальцем по столешнице в знак положительного ответа. — Хм… это значит да? — снова один стук. — А в случае отрицательного ответа? — я стукнула два раза.

Она нашла нужную баночку с краской, выбрала кисть и разложила их на столе.

— А ты сообразительная, — задумчиво пробормотала. — Может быть, и сможешь спрятать свою магию от Инквизиторов и цыган. Твоя душа по возрасту не соответствует твоему телу. И ты помнишь свою предыдущую жизнь… Как себя ощущаешь? Не хочется начать крушить, ломать и разнести в пыль этот мир?

«Тук-тук», — отрицательно ответила я.

— Отчего-то я так и думала, — хмыкнула она, и стала готовиться к подделке моих «документиков».

Мне стало любопытно: как же Мирьям рисует, если она слепая? Наощупь? Но как же она различает цвета?

— Я вижу внутренним зрением. Ощущаю мир всем своим магическим резервом, если хочешь, — словно услышав мои мысли, пояснила она. — Не смотря на то, что маги-хамелеоны изгнаны из Соединённых Миров, они по-прежнему считаются высшими, поэтому твоя печать должна быть золотого цвета. Но мы же не хотим привлечь к тебе внимание?

«Тук», — согласилась я.

— Поэтому я нанесу тебе рисунок чёрной краской, — Мирьям взяла какую-то бутылочку, смочила жидкостью из неё тряпочку и чем-то резко пахнущим нещадно стёрла с моего запястья остатки творчества Зельды. — Есть один вариант, как сделать эту печать настоящей…

Я навострила уши, и, помявшись, девушка продолжила:

— Когда табор будет проходить в Межмирские Врата, в тот момент, когда страж коснётся артефактом твоего запястья, ты должна успеть произнести своё имя. Пусть шёпотом, но всё же. Как только ты это сделаешь и перейдёшь в другой мир, твоя печать на той стороне обретёт законную силу. Но если ты по-прежнему не будешь говорить, Врата не пропустят тебя. Стражи обратят внимание на странную девочку, и… Ты понимаешь, какие дальше ждут тебя последствия?

«Тук».

— Хорошо, постарайся скорее снять внутренний блок, — выдохнула Мирьям, и приступила к подделке, приятно щекоча кожу моего запястья кистью.