Книга Последний враг, страница 35 – Ольга Баринова

Она провела пальцами по неровному шраму на его груди сквозь рубашку.

— Я… Я хочу почувствовать, что мы ещё живы, — вздохнула она, целуя его. — Я так боялась, что потеряю тебя…

Он жадно ответил. Его губы скользнули по её виску и спустились к шее, где билась горячая жилка. Эйра запрокинула голову, доверчиво открываясь ему, и по её коже пробежали мурашки от удовольствия.

Кэйдэн расстегнул застёжки на её платье, не отрывая от неё взгляда, и в его глазах плескалось что-то первобытное.

— Не останавливайся, — прошептала она, задыхаясь от страсти.

Кэйдэн прижал её к двери, и мир сузился только до них двоих. Ладони скользили по её обнажённой спине, пока она торопливо расстёгивала его рубашку, чтобы коснуться губами того самого шрама.

Он целовал её плечи, грудь, впадинку у ключицы, внутреннюю сторону запястья, где бился пульс. Эйра выгибалась ему навстречу, запуская пальцы в его волосы, и её стон, сорвавшийся с губ, был полон его имени. И не было между ними ни стыда, ни притворства — только жадное «здесь и сейчас». От каждого его толчка она то падала в пропасть, то взлетала к небу, и эти два чувства сплелись в одно, оставляя после себя только пульсирующее наслаждение.

И он, видя, как ее лицо преображается экстазом, уже не мог сдерживаться. Вспышка, когда наслаждение настигло их, стала откровением. Их магия взорвалась, сплетаясь, чтобы тут же рассыпаться мелкими искрами.

Позже, когда чары угасли, оставив на их коже тускло мерцающие разводы, Эйра положила голову ему на плечо, и его пальцы лениво перебирали её растрёпанные волосы. Тишина была тёплой и густой, как мёд.

— Ты помнишь моё имя? — спросила она, не открывая глаз.

— Эйра, — ответил он, и в его голосе звучала такая нежность, что у неё защипало глаза.

— Скажи ещё раз, любовь моя.

— Эйра. Эйра. Эйра.

Она уткнулась носом ему в грудь.

— Если я начну забывать, кто я… скажи мне.

— Моя королева, — прошептал он, целуя её в макушку.

— Это всего лишь титул.

Он мягко повернул её лицо к себе, заглядывая в глаза.

— Женщина, которая боится грозы и ворует засахаренные яблоки с королевской кухни. Та, что бросается под отравленные клинки, даже не думая о себе. Последняя из рода Алвейн. Моя маленькая буря.

У Эйры дрогнули губы, и он снова поцеловал ее.

В этот миг браслеты на их запястьях вспыхнули ровным, спокойным светом, и это было тише, чем любые слова. Свет, который не горел, а грел. Как их любовь.

Внезапно в серебряном свете появилась чёрная тень.

Эйра резко выпрямилась, прикрывая обнаженную грудь.

Тень открыла глаза.

— Теперь я знаю, как ты произносишь её имя, — прошептал Безымянный шелестящим голосом.

Король развернулся, прикрывая жену собой, и ударил ледяной петлей по черному силуэту. Иней охватил тень, но та растеклась по полу и исчезла под дверью.

Из коридора раздался крик.

Кэйдэн схватил меч, Эйра лихорадочно натянула платье, и они выскочили в коридор.

За дверью лежал стражник. На его лице не осталось ни глаз, ни рта.

На стене над ним тьма вывела слова:

«Любовь — тоже дверь».

Когда стражника унесли, а король с королевой привели себя в порядок и вооружились, они спустились к магической двери.

Роуэн ждал их там.

— Дорога открыта, ваши величества.

Эйра всмотрелась в чёрный туман. Белая обитель казалась тихой. В окнах горел тёплый свет. На заснеженном дворе стояли дети в белых одеждах.