Книга Невесты в погонах, страница 91 – Наталья Нестерова

В ресторане восторги, вызванные впечатляющей панорамой Москвы (город как на ладони!.. ожившая карта!..) и прерванные перемещением на высоту 334 метра, продолжились. Из двадцати четырёх столиков заняты были только семь, так что компания расположилась со всем возможным комфортом. Официантки, которым объяснили ситуацию, разрешили товарищам офицерам немного передвинуть столики, чтобы было удобно переговариваться.

— До чего же красивая наша столица! – то и дело восклицала Тамара, сквозь стеклянную внешнюю стену ресторана глядя на раскинувшиеся внизу парки, скверы, дороги, высотные здания, многоэтажные жилые кварталы, площади, реки, мосты и главную достопримечательность города, Московский Кремль. – Какая ты счастливая, Светка, что живёшь в таком знаменитом месте!

Светлана кивала, улыбаясь. Игорь метнул в ее сторону один быстрый взгляд исподлобья, как будто ожидал, что она скажет: «Это всё благодаря мужу, это он так хорошо о нас позаботился», но ничего подобного она не сказала, и он, поджав губы, отвернулся.

Сама Тамара со всем своим семейством проживала в Томске (и много шутила на эту тему), они с Василием, судя по всему, были крепкой супружеской парой. Давно притёрлись и понимали друг друга с полуслова. И во всем друг друга поддерживали.

Елена и Равиль такого впечатления не производили, но общались спокойно и доброжелательно, как люди, которые договорились не придираться друг к другу по пустякам, в конце концов у всех свои недостатки, и честно эту договорённость выполняли. Жили они последние два года в Калининграде.

По дороге в Останкино Елена успела шепнуть Светлане, что Равиль часто бывает в служебных командировках, отсутствует по несколько месяцев. Вернувшись, рассказывает мало, но для нее совершенно очевидно, что многие из этих командировок – в горячие точки за рубежом.

Специальные задания в горячих точках. О боже!..

Таким образом получалось, что Равиль, в отличие от Василия и тем более Игоря, настоящий боевой офицер.

Здесь, в Бронзовом зале ресторана «Седьмое небо», Светлана наконец осмелилась взглянуть ему в лицо. Если Василий смахивал на рослого, могучего, но в глубине души доброго богатыря из русских сказок с отчётливо наметившимся брюшком, Тамара – на расторопную матушку-хозяюшку с пирогами и блинами, готовую всех и каждого приласкать и накормить, а Елена – на слегка меланхоличную, но неизменно прекрасную царевну, то Равиль был воплощением мужественности, по крайней мере в представлении Светланы. Юношеская миловидность с налётом экзотики превратилась в строгую, благородную, безупречную привлекательность. Поджарый, как гепард, он двигался быстро и плавно, но самым примечательным в его внешности были глаза. Светлане казалось, что этими темными, непроницаемо темными глазами он смотрит ей прямо в душу. Угадать, о чем он думает, было невозможно.

Было ужасно сидеть друг против друга, смотреть друг другу в глаза, вспоминать всё, что было пережито вместе, и не иметь возможности сказать ни одного действительно важного слова.

— Светик, ты что будешь есть? – вывел ее из транса голос Тамары. – Смотри, можно заказать салат «Столичный», корзиночки из слоёного теста с черной и красной икрой, рыбное или мясное ассорти, жюльен с курицей и грибами…

— Не знаю, – ответила растерянно Светлана. – Мне всё равно.