Книга Любовь – это путешествие, страница 72 – Бет О'Лири

— Да, знаю, только…

— Я даю тебе возможность следовать мечте. Здесь ты сможешь писать стихи. Ты всегда этого хотел, правда?

— Поэзия – это не работа.

— Работа, если у тебя талант.

— У меня его нет, – на автомате отвечаю я. Полоска на потолке расплывается.

— Это сейчас говорит не твоя интуиция.

По телу наконец разливается тепло. Неотрывно смотрю на потолок и думаю о словах Маркуса. Он прав. Если бы я и вправду считал, что бездарен, то бросил бы писать. В глубине души мне нравятся мои стихи, и надеюсь, однажды они понравятся другим.

— Ты мне веришь? – спрашивает Маркус.

В Оксфорд мы поступали вместе. Подали документы на факультет литературы – Маркус считал, туда проще всего попасть, плюс для поэта это лучший вариант. Выбрали один колледж, а как иначе?

Люк вырос, влюбился и поехал учиться в Америку – или, скорее, сбежал от отца, но Маркус всегда был со мной. А я с ним, с тем самым мальчиком с кудряшками и венком из цветов, сползшим к уху.

— Конечно. Конечно, верю.

— Тогда послушай меня. Я знаю, чего ты хочешь. – Он отпускает мою руку. – Пойду, прогоню гостей. Пока не вернусь, не вылезай из ванны. Вставать тоже не стоит. И смотри не утони.

Дверь закрывается. Твердая уверенность, что я скоро умру, незаметно исчезла. На месте осталась лишь привычная глубокая растерянность, преследовавшая меня все лето, и страх – ощущение, что я принимаю серьезное решение, и делаю при этом большую ошибку.

Адди

Каждый раз, когда я смотрю на навигатор, Шотландия все дальше и дальше… Маршрут становится красным – пробка все больше.

— Как такое может быть? Мы же едем в сторону Шотландии! Почему время в пути увеличивается?

Мы с Деб снова на передних сиденьях. Честно говоря, так гораздо лучше. Не в том я настроении, чтобы тесниться сзади с парнями, которых и видеть-то не хотела.

— Надо позвонить Шерри и предупредить, что мы сильно опоздаем, – говорю я, потирая глаза. – Она будет плакать, да?

Когда Шерри начала планировать свадьбу, с ней что-то произошло. Моя беззаботная соседка, спокойно убиравшая с ковра рвоту очередного любовника, стала с ума сходить из-за букета – упаси бог, там окажется меньше шестнадцати алых роз! Говорят, перед свадьбой это обычное дело, но я-то думала, что такое случается только с теми, кто склонен к истерикам, просто хорошо это скрывал. Но предсвадебное безумие добралось и до Шерри.

— Не будет, – твердо говорит Дилан.

Долгая пауза. Я жду. Он ждет. Совершенно уверена: Дилан сдастся первым. Может, он изменился, но не настолько.

— Я позвоню, – вызывается он. – И не надо ухмыляться, не то включу громкую связь.

Почему стоять в пробке куда хуже, чем ехать? Я бы скорее восемь часов просидела за рулем, чем четыре – без дела. На скорости девяносто километров хотя бы чувствуешь, что приближаешься к цели. А так я целую вечность пялюсь на задний бампер «ауди». Из-за ремонта дороги открыты только две полосы вместо четырех.

Половина пятого. Мы давно уже должны были быть в Шотландии, на предсвадебном барбекю, а мы… Щурясь присматриваюсь к указателю. Проклятье, мы и до Престона не доехали! Шерри не плакала, но голос у нее был подозрительно высоким.

Песня заканчивается, и я листаю плейлист с кантри. Большинство композиций напоминают о Дилане. Судорожно сглатываю. Песня про то, как сложно забыть прошлую любовь, точно не подойдет. Не стоит слушать такое, когда Дилан сидит рядом, а то еще расплачусь.