Книга После развода. Добейся меня снова, страница 46 – Даша Черничная

— С женщинами? — смеется. — На коврике ты лобызалась не с женщиной, а с этим своим Прохором.

— Боже, Вениамин вам вообще все рассказывает? — в шоке качаю головой.

— У нас с сыном друг от друга секретов нет.

— Как я понимаю, он в курсе, что вы пришли ходатайствовать за него?

— А как же. Твой-то хахаль ему наговорил всякого, вот он и опасается к тебе приближаться.

Я запрокидываю голову и начинаю смеяться от абсурда происходящего. Интересно, у Вениамина вообще где-то есть яйца?

— Ничего смешного тут нет.

Смахнув слезу и выровняв дыхание, я подхожу к свекрови и тяну ее за руку.

— Всего хорошего, Галина Павловна. Как вернетесь домой, передайте Вене, чтоб вещички разбирал, тут его не ждут.

Откровенно выпроваживаю свекровь.

— Дура ты, Райка! Думаешь, это твое хамло тебя будет на руках носить? Да он поиграется с тобой и забудет. Никому ты не нужна, кроме Вени. А вот свяжешься с этим Прохором — репутацию себе и детям испортишь!

— Интересно, по вашему мнению, кто меня осудит?

— Все соседи, вся родня! О детях подумай.

— Поторопитесь обуться, а то дверь открою и выгоню вас босиком, а в коридоре присесть негде будет.

— Он уже на тебя плохо влияет! Посмотри, как ты заговорила! — не унимается свекровь, вполне себе бодро заскакивая в балетки. Выпрямляется и ахает: — Погоди, Раиса, так может, у тебя была связь с этим мужчиной, когда ты была в браке с моим Венечкой? Не могла ты так быстро найти себе хахаля.

— А вот ломайте теперь голову, Галина Павловна, — выставляю ее за дверь и с грохотом захлопываю ее.

Позади слышу шорох, оборачиваюсь.

Родька стоит в коридоре с пустой тарелкой и хмуро смотрит на меня.

— Мам, а это правда, что Прохор Семенович может тебе навредить?

* Прохор *

Листаю ленту и зависаю на каждой фотке Раи.

Я нашел в соцсетях ее студию и теперь не могу оторваться от Зайки. Должен признать, что на фото нет никакого сексуального подтекста — просто женщина в различных позах йоги, ни одна из которых не нацелена на возбуждение мужчины.

Но я нахожу, за что уцепиться, особенно когда обнаруживаю фотографию в костюмчике, в котором она была пару дней назад, когда обломщик Веня развалил такой отличный план.

Причем развалил дважды, а это еще умудриться надо.

Пришлось снова отрываться от Раи, чтобы объяснить ее долбаному оленю, что он не прав. Честно говоря, хотелось просто по старинке вмазать ему, да и дело с концом, но весовые категории у нас разные, так что, как говорится, солдат ребенка не обидит.

Был порыв спросить у Раи, что она в нем нашла. Совсем ведь не ее поля ягода — мужик откровенно чахленький, занудненький и определенно капающий на мозги — но, вернувшись в студию, я поцеловал закрытую дверь да убрался несолоно хлебавши.

Раечка не стала больше вникать в наши разборки и меня останавливать тоже. Может, это к лучшему — я все равно закончу начатое, не принимая во внимание ее желания. По крайней мере, в данном случае.

А вот что неприятно — она меня заблокировала, зараза такая.

Давить я не стал, решив дать ей пару дней перебеситься, да и работы ко всему прочему навалилось знатно, так что я был занят пациентами.

— Прохор, вот результаты Ильиной, — Света аккуратно кладет папку на стол и не уходит.

— Спасибо, — пролистываю распечатки.

— Там у нее калий скачет.