Книга Предатели тоже плачут, страница 81 – Анна Шнайдер

Дэн

Проснувшись утром следующего дня, я неожиданно осознал, что есть почти не хочется.

Нет, сытым я себя по-прежнему не ощущал. В желудке было сосуще пусто, а в теле — легко, будто я неожиданно сбросил на столько вес, сколько плотность. Просто я не чувствовал желания немедленно пойти к холодильнику и съесть оттуда всё, что смогу найти.

Прогресс.

У меня даже настроение чуть улучшилось. Конечно, не настолько, чтобы плясать и улыбаться, но вставал с кровати я в целом чуть охотнее, чем накануне.

Реша и Жора в студии в этот раз не ночевали — разбрелись по хатам. Первым на работу явился Жора — и сразу, как только увидел его, я понял: они с Решей поцапались.

Это было заметно по лицу. Жора в принципе всегда спокоен, но в подобные дни он вообще кажется замороженным, только в глазах вселенское уныние.

— Чай будешь? — поинтересовался я, щёлкая чайником. От кофе я по понятным причинам отказался в эти дни, оставался чай и водичка. — Извини, бутеров не предлагаю — сам возьмёшь.

— Угу, — ответил мне сразу на всё Жора и, громко вздохнув, с тихим шелестом опустился на один из диванов. В углу там лежал плюшевый сиреневый мишка, которого когда-то подарил нам один из гостей, заходивший снимать интервью — вот этого самого Мишку и сграбастал в объятия Жора, уткнувшись подбородком в сиреневую макушку. За неимением Реши, видимо.

— Ты её напоить не пробовал? — всё-таки не выдержал и поинтересовался я, поставив перед другом чашку с крепким чёрным чаем. Сел в кресло-мешок, чуть не расплескав собственный «завтрак», и громко прихлебнул из чашки. — Шампанское, винишко…

— И это говоришь мне ты — человек, пострадавший от алкоголя? — печально усмехнулся Жора, и я как-то сразу смутился.

— Да, неловко вышло.

— Просто глупо это. Даже если что и получится, она на следующий день протрезвеет и так мне вмажет, что я буду воробушков у себя над переносицей ловить.

— Посмотри на это с другой стороны. Ты перед Решей хотя бы не косячил, как я перед Дашей.

— Толку-то? — хмуро посмотрел на меня Жора и тоже отпил чаю. — Тьфу, Дэн, ты нафига столько заварки положил? Это же не чай, а какой-то чифир.

В этот момент я осознал, что умудрился налить себе простого кипятка, а Жоре бахнуть оба пакетика с заваркой. И даже не почувствовал этого! Сижу себе, хлебаю водичку, на цвет её внимания не обращаю.

Может, у меня деменция развивается из-за голодания?

Пришлось, в общем, переделывать. И пока я таскался к чайнику, Жора молча сидел и обжимался с медведем мне на умиление. Великан-Ромео — это прелесть что такое. И когда Реша сдастся уже?

— Я по-всякому пробовал, — продолжил вздыхать друг, когда я вновь раздал нам обоим чашки и опустился в кресло. — Поначалу аккуратно. Цветочки-конфетки дарил, на встречи приглашал. Оля, знаешь, подарки принимает, благодарит, и на встречи по возможности соглашается, но к себе не подпускает. В щёку её когда хотел в первый раз поцеловать — отстранилась, не надо, говорит. Ну я перестал аккуратничать, признался ей во всём… Оля сказала: «Жора, давай не будем» — и всё. Не объясняет ничего даже! Вот и вчера. Поехали домой, я вызвался её проводить. Говорю, поздно уже, мало ли что. Она плечами пожала — давай, мол. Болтали по дороге отлично, ржали над чем-то, и я уж подумал: смягчилась она. Ну и… перед подъездом не стал медлить, поцеловал.