Книга Предатели тоже плачут, страница 150 – Анна Шнайдер

Я улыбнулся и едва не ойкнул — пересохшие и отмороженные губы потрескались, в уголке даже, кажется, кожа лопнула.

— Но дело ведь не только в блогосфере, да? — подмигнула мне медсестра. — Пишите, в общем! Вы же помните номера?

Конечно, я помнил наизусть несколько номеров. Родительские, Дашин телефон, номера Реши и Жоры, Полины и Лёшки…

Сначала я написал Поле.

«Дочь, я в порядке. Лечусь, пока без мобилы. Пишу с чужого телефона, позвоню, как смогу. Передай Лёшке привет! Скоро увидимся. Твой папа».

Примерно такое же содержание было в смс-сообщении для мамы.

И как только я начал набирать послание для Реши, в коридоре послышались чьи-то возбуждённые голоса, которые показались мне похожими на голоса Поли и Лёшки. Но они не могут быть здесь, конечно. Не могут, мне просто ка…

— Папа!!! — завопили дети, распахивая дверь с таким грохотом, что медсестра аж подпрыгнула, и бросились вперёд.

— Осторожнее, осторожнее! — услышал я и Дашин взволнованный голос, отчего изумлённо замер, уставившись на неё вытаращенными глазами.

Даша?.. Она же должна быть со своим новым мужчиной, разве нет?

А она тут. С детьми.

Как будто мы по-прежнему… семья?..

Даша

Дэн выглядел ужасно. Похудевший, с сухой красной кожей на щеках, перемотанными пальцами рук, запёкшейся кровью в уголке губ, слипшимися от пота волосами — конечно, кто ему тут их помоет? — он произвёл сильное впечатление на детей, я заметила. Но радость от того, что папа жив, была гораздо больше всех прочих чувств, в том числе здравого смысла — поскольку Поля и Лёшка Дэна с кровати едва не снесли.

— Ну, я вас оставлю, — тут же произнесла медсестра, женщина лет сорока, кинув на меня иронично-понимающий взгляд. Видимо, она тоже в курсе десяти подвигов Дэна. Но мне сейчас было плевать на все косые взгляды, на мнение посторонних людей, на всё на свете плевать.

Я просто была счастлива, что Дэн в порядке.

— Больше никаких гор, ясно? — пробормотала я угрожающе, садясь на койку в ногах Дэна. Лёшка и Полина пристроились с двух боков от папы, прижались и затихли, как птенцы под крылышком у взрослой птицы.

Дэн развёл руками и коснулся перемотанными пальцами горла.

— Не можешь говорить?

Он кивнул.

— Пап, у тебя второе испытание молчанием! — нервно засмеялась Полина, а затем, всхлипнув, разрыдалась.

Вслед за ней разревелся и Лёшка.

Дэн беспомощно что-то промычал, по-видимому, страшно страдая оттого, что не может нормально утешить детей, обнял обоих, погладил по волосам… А я решила, что пора брать дело в свои руки.

Да и молчание мужа мне на руку. Не сможет возражать. А я боялась, что будет. Всё-таки Дэн знает, что у меня был другой мужчина… пусть мы с Талановым не успели переспать, но тем не менее отношения у меня уже начинались.

— Поля, Лёша, — сказала я, глядя Дэну в глаза, — папа возвращается к нам. Мы теперь вновь будем жить вместе.

Сказать, что муж изумился — ничего не сказать. Он вытаращился на меня с полнейшим недоумением, а вот дети не слишком удивились.

— Ты простила папу⁈ — Лёшка.

— Ура, как я рада! — Поля.

— Простила, — кивнула я, глядя по-прежнему только на Дэна. — И вообще… Я хотела извиниться перед тобой. За то, что сразу считала виноватым, не подумала, что это может быть подставой. Моя обида была слишком сильной, я лелеяла её вместо того, чтобы попытаться понять и проверить. Знаю, ты сейчас не в курсе, почему я так говорю… Потом поймёшь. А пока — прости, Дэн.