Книга Сталкер/ша, страница 24 – Эллис Фокс

Игра началась.

Рысь вышла на лед, и Джон сразу понял, что сегодня будет тяжело. Они были чемпионами лиги, и в их составе был Райн, который смотрел на Джона с той самой улыбкой, от которой хотелось отвернуться. Джон встал на свое место, и когда судья бросил шайбу, он рванул вперед, но не успел, потому что плечо дернуло, и он на секунду замешкался, и этой секунды хватило, чтобы Рысь перехватила шайбу и пошла в атаку.

Первый гол они пропустили на третьей минуте. Джон не успел вернуться в зону, потому что плечо не слушалось, и когда шайба влетела в сетку, он стоял у синей линии и смотрел на нее, и в голове было только одно: я не должен был выходить сегодня. Но он вышел, и теперь надо было играть, потому что нельзя просто взять и уйти, нельзя показать слабость, нельзя дать Райну повод думать, что он сломлен.

Второй гол они пропустили через пять минут. Джаспер пытался его подбодрить, кричал что-то про то, что все нормально, что они отыграются, но Джон не слушал, потому что смотрел на трибуну, где сидела Роза, и видел, что она смотрит не на игру, а на него, и в ее глазах было что-то, чего он не хотел видеть, потому что это было беспокойство. Он не заслуживал беспокойства, не заслуживал заботы, не заслуживал ничего, кроме той боли, которую сам себе создал.

К концу первого периода счет был три ноль. Трибуны молчали, Эйдан орал в раздевалке, Кейн стоял у стены с каменным лицом, а Джон сидел на скамейке и смотрел в пол, потому что не мог смотреть ни на кого. Плечо болело так, что он едва мог поднять руку, и он знал, что если бы пошел к врачу, как собирался, может быть, всё было бы иначе, но он не пошел, и теперь расплачивался за свою гордость.

Эйдан раскусил, что с Джоном что-то не так, и снял его с игры. К нему пришел врач и сказал, что у Джона серьезные проблемы и надо срочно делать МРТ, чтобы исключить трещину. Но Джон попросил дождаться конца игры и вернулся на скамью наблюдать за происходящим.

Отсутствие капитана сильно подкосило команду.

Он сидел на скамейке, когда забили шестой гол. Он смотрел, как шайба входит в сетку, как вратарь опускает голову, как Джаспер стучит клюшкой по борту, и понимал, что это конец, что игра закончена.

Он проиграл, и все это видели. Они все знают, что капитан Легиона — всего лишь слабый и сломленный человек. Его легко можно уничтожить.

Сирена прозвучала, и трибуны начали расходиться. Джон стоял на льду, не двигаясь, смотря на пустые ворота, и чувствовал, как что-то внутри него ломается окончательно. Он поднял клюшку, посмотрел на нее, и потом, не думая, ударил ею по борту раз. Еще раз. И еще.

Пока пластик не треснул и не разлетелся на куски, и он остался стоять с обломком в руке, тяжело дыша, чувствуя, как боль в плече пульсирует в такт сердцу. Это был не гнев, а отчаяние, и он стоял, окруженный осколками, и не знал, что делать дальше.

Он поднял голову и посмотрел на трибуну. Роза стояла на месте, прижав планшет к груди, и смотрела на него. Он видел, что она хочет спуститься, хочет что-то сказать. А еще он знал, что если она это сделает, он не выдержит и сломается окончательно, потому что она всегда была рядом, и он не заслуживал этого.

И в этот момент, когда он смотрел на нее, а она смотрела на него, он услышал звук коньков. Он обернулся и увидел Райна, который подъехал к бортику, туда, где сидела Роза, и в руках у него был огромный букет красных роз.