Книга Влюбиться в мерзавца, страница 73 – Мария Высоцкая

— Проблема в том, что трубки с меня отец не берет.

— Это не страшно. Я его наберу сейчас, и вы поговорите.

— Ты серьёзно? — смотрю на неё в упор.

Хоть меня и посещала эта мысль, но реализовывать её я уж точно не планировал. Отец это заслужил. За мать. Да и за меня, когда обвинил в том, что я якобы его бабу… Плевать.

— Очень серьёзно, Ярик. Очень. Ты понимаешь, что скоро мне просто станет нечем платить за твою квартиру?! Ты жить где будешь? Со мной? Но у меня личная жизнь, и я…

— Что это значит? — спрашиваю и поднимаюсь на ноги. — В смысле ты платишь за мою квартиру?

Мама раздражённо выдыхает и, взяв с подоконника бутылку мартини, делает несколько глотков.

— Я немного слукавила, когда сказала, что купила её для тебя. Я её купила, конечно, но в ипотеку. Мне же нужно было как-то склонить тебя на свою сторону? Ну и… ты сам должен понимать теперь, что платёж там огромный, самый центр всё-таки. Ну, и с таким бюджетом… Теперь он для меня просто неподъёмный. А отец…

— Угу, — киваю, чувствуя, как внутри меня нарастает тихая, удушающая злость.

— Что «угу», Ярик? Что? — её голос снова срывается на визг. — Это ведь ты! Ты дал ему по морде! Ты спровоцировал его на всё, что сейчас происходит! Мы могли как-то договориться, мы с ним судимся чёрт знает сколько лет, и он ни разу не ставил меня в безвыходное положение. А теперь из-за твоей глупой привычки решать всё кулаками, я… Боже! И зачем я вообще отдавала тебя на этот чёртов бокс когда-то?! Дура… просто дура. Ты своим ударом похоронил и моё, и своё благополучие. Ты это хоть понимаешь?

Она снова срывается на крик, транслируя мне свою кривую, уродливую правду.

Каждое её слово — удар под дых. Больно и абсолютно неожиданно.

— Я тебя защищал…

— А я просила? Я просила вот такой помощи? Просила бить по морде родного отца? Ты чем думал? Он же отец твой! Мы бы сами разобрались, и…

— Ты сама мне звонила, сама рыдала в трубку. Сама сказала, что он угрожает, сама… он тебя за руки хватал, — дёргаю её за запястье. — У тебя синяки до сих пор.

Мама тут же выдёргивает руку и натягивает рукава халата до пальцев.

— Бабки дороже собственного здоровья? — ору ей в лицо, чувствуя, как внутри всё полыхает.

— Что ты вообще знаешь? Всю жизнь живёшь на всём готовом. Всю жизнь тебе сопли подтирают. Не тебе меня учить. Не тебе!

Разворачиваюсь и направляюсь к двери. Мама что-то кричит мне вслед, но я её не слышу. Просто абстрагируюсь и выхожу на лестничную клетку.

Кровь закипает от происходящего. От слов, которыми она бросалась мне в лицо, абсолютно игнорируя мои чувства. Хотя, разве так было не всегда?

Падаю в тачку и с диким, вырывающимся наружу из недр глотки воплем бью кулаками по рулю до тех пор, пока не кончаются силы.

В башке такой бардак, что самое время податься в психушку.

Откидываюсь затылком на подголовник и, прикрыв глаза, совершаю пару глубоких вдохов, считая про себя до ста. Когда прихожу в себя, завожу движок и выезжаю на дорогу под звонок телефона. Это Варя. Мы договорились, что я заберу её сегодня к себе после девяти. Время почти десять, но у меня нет абсолютно никакого желания с ней контактировать. Не потому что противно или безразлично, просто не хочется, чтобы она снова видела меня таким. Душевно разъёбанным в хлам.