Книга Влюбиться в мерзавца, страница 62 – Мария Высоцкая

Как только остаюсь одна, обессиленно, в форме звезды укладываюсь на ковёр между кроватями и смотрю в потолок.

Старший, блин, брат.

Придурок он!

Но если бы не он, меня бы забрали.

Сама я, к сожалению, постоять за себя не смогла… Это противно. Это гложет.

Я ведь бесхребетная какая-то получается. Дура набитая. Мной все помыкают. Мама, Леднев… Ладно, только они двое, но и этого более чем достаточно.

— Ну что, вы тут ещё друг друга не убили? — спрашивает папа Лёша, распахнув дверь.

— Не, — на сантиметрик отрываю голову от пола и почти сразу кладу её обратно.

— Ты одна что ли? А мама куда делась?

— В туалет пошла, — бормочу и принимаю сидячее положение.

— Как ты? — спрашивает папа, разувшись и усевшись на ковёр напротив меня.

— Нормально. Если это можно так назвать…

— Не обижайся на мать, она тебя любит, поэтому и переживает.

— Она хочет, чтобы я жила только так, как она считает нужным. Как она скажет. Она просто хочет прожить за меня мою жизнь! — взрываюсь, переходя на крик. — Прости, — почти сразу замолкаю. — Просто я для неё котёнок, что ли, уличный? Захотела — забрала мои документы и меня, захотела — оставила…

— Просто мама пока не привыкла, что ты уже выросла, Варвара. Ей нужно чуть больше времени.

— Но я же всегда делала так, как она хочет, как для неё правильно. Никогда не перечила, в этот вуз пошла учиться, а хотела в консерваторию. Я петь хочу, но это же ерунда, игрушки! Так она думает!

— Ты же знаешь, что она растила тебя одна, ей было тяжело, и…

— И это даёт ей право считать меня своей молчаливой собственностью?

Папа Лёша вздыхает и крепко сжимает мою руку в своей ладони.

— Всё наладится, вот увидишь. Мама хочет для тебя лучшего, а значит, обязательно поймёт и примет твою позицию.

— Ты думаешь?

— Я уверен. Люба вспыльчивая, но хорошая.

— Ты просто очень сильно её любишь, поэтому всегда оправдываешь, — шепчу, всхлипнув.

— Варя…

Договорить папа Лёша не успевает, потому что в комнату возвращается мама.

— Ну что, жалуется тебе на меня, да? Плохая тебе мать досталась, Варька.

— Я не жалуюсь, — встаю и снимаю с себя куртку.

— Люб, ехать надо, чтоб до ночи вернуться, — напоминает папа.

— Едем, Лёш, едем. Смотри мне, Варвара, — обращается уже ко мне, — ещё один такой фокус и…

— Чего? — специально перебиваю её. — Наручниками меня к себе пристегнёшь?

Мама зло прищуривается, но ничего не говорит. А когда надевает куртку, не обернувшись, бросает:

— Мы уехали.

— Ага, пока, — бормочу себе под нос.

Дверь за родителями закрывается, а я, как ни странно, начинаю чувствовать себя просто ужасной дочерью.

Правда, чувство это я испытываю совсем недолго, потому что на телефон почти сразу приходит сообщение.

Тянусь к смартфону и, разблокировав экран, читаю:

«Не носи шлюшьи юбки и не шляйся хуй пойми где по ночам. Я за тобой присматриваю. Твой старший брат».

В конце — дурацкий подмигивающий смайлик.

Дебил!

Сжимаю телефон до хруста в пальцах и, только сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, начинаю набирать ответ.

«Иди на фиг».

Печатаю и стираю. Палец зависает над экраном. Хочется написать что-то ядовитое, что-то уничтожающее, но мысли не идут.

Барабаню ногтями по столешнице и снова касаюсь мобильной клавиатуры подушечкой пальца.

«Спасибо, что убедил мою маму оставить меня здесь».