Книга Стань светом в темном море. Том 3, страница 46 – Softcoral

Тем временем Син Хэрян уже собирал окровавленный парашютный трос, намотав его на предплечье. Вся его рука – от пальцев до локтя – была в крови, и я невольно спросил:

— Вы ранены?

— Все в порядке, – ответил он и… ногтем большого пальца расковырял рану на мизинце.

Туманако вздрогнула. Если честно, мне и самому стало нехорошо. Син Хэрян как ни в чем не бывало капнул кровью на пол, потом размазал ее подошвой ботинка и сказал:

— Идите в стоматологию. Только не наступайте на следы. Я – в Чучжакдон.

— То есть… вы приманка?

— В том числе. Именно поэтому я не направился сразу в клинику. Если кто-то пойдет по следу, то он выведет их прямо в Чучжакдон.

— Вам нужна семьдесят седьмая комната.

— Понял. – Он взглянул на нас и вдруг спросил: – Вы стрелять умеете?

Бледная как полотно Туманако выдохнула:

— Нет.

— Нет, – ответил и я, чуть помешкав.

Надеюсь, стрелять не придется.

Син Хэрян кивнул и протянул нам два пистолета – один, по-видимому, принадлежал Пэк Эён, а второй он где-то добыл сам – и сказал:

— Я управлюсь меньше чем за полчаса.

— Нам не безопаснее уйти в «Офион»?

— Нет. Ждите в клинике. Если у Чжихёка все получится, он придет туда.

— Что вы ему поручили?

— Вбить клин между фанатиками и командой инженеров «Ра». Они как раз направляются к Центральному кварталу.

— Думаете, получится?

— Эти фанатики плохо различают азиатов. Насколько я понял, изначально они обещали не спускаться на Четвертую базу, но решили нарушить договор.

Син Хэрян на секунду задержал на мне взгляд, будто хотел сказать: «Кажется, они спустились именно за тобой. Обсудим потом». А может, мне показалось.

— Позаботьтесь об Эён.

С этими словами он сорвался с места и с невероятной скоростью помчался на юг. Мы с Туманако молча проводили его взглядом, а потом направились в сторону черепа акулы – вместе с Пэк Эён у меня на спине. Ноги дрожали и подкашивались, хотелось просто разреветься и упасть, но тело продолжало двигаться. Будто на автопилоте я шагал к цели. Со стороны, наверное, выглядел как загнанный ишак, который на последнем издыхании тащит поклажу, – по крайней мере, судя по тому, как Туманако внезапно принялась воодушевленно меня подбадривать:

— Держись! Ты справишься! Осталось совсем чуть-чуть! Давай, еще немного! Отлично идешь! Ты такой сильный! Смотри, даже акула тебя заждалась!

Вот это она зря. Последняя фраза моментально вышибла из меня остатки сил. Я перехватил съезжающее тело Пэк Эён и стиснул зубы.

Пусть и пошатываясь, но я продолжал идти, и мы довольно быстро добрались до пункта назначения. Остановившись перед огромным черепом акулы, я вдруг понял: ощущение жути и отторжение, которые он вызывал раньше, исчезли. Осталась только радость. А когда мы миновали его и вошли в стоматологию, я впервые за весь этот изматывающий день почувствовал облегчение. И хоть какую-то стабильность.

Это единственное место, где все находилось под моим контролем и где я мог показать, на что способен. И стоило переступить порог знакомого кабинета, как накопившееся за прошедшее время чувство беспомощности и опустошения немного отступило.

С помощью Туманако я уложил Пэк Эён в стоматологическое кресло. Первое, что бросилось в глаза, – наложенная Син Хэряном повязка в области грудной клетки. Примерно там, где находится легкое.