Книга Женщина в библиотеке, страница 9 – Сулари Джентилл

— Я — нет. А Уит знал.

— Ну, не совсем, — протестует Уит. — Она работала в «Рэг».

— Это что такое?

— Местная газетенка. — Уит пожимает плечами. — В основном новости искусства, иногда какая-нибудь статейка. На первом курсе я для них однажды писал… и тогда пересекся с Кэролайн.

— Ты пишешь? — спрашиваю я, про себя удивляясь, почему он не упоминал об этом раньше.

— Я много чего пробовал за студенческие годы… а статья была о футболе. Я бы не стал называть это литературой.

Эта связь, пускай и поверхностная, делает ситуацию, в которой мы оказались, чуть более реальной. Я смотрю на Уита: кажется, он менее равнодушен к происходящему, чем пытается показать.

— Ничего интересного не слышал?

Он вновь пожимает плечами.

— Слухи о бывших. Один парень никак не мог отпустить ее.

— Кто? — спрашивает Мэриголд. — Имя знаешь? Он студент? Где…

— Выдохни, Шерлок, — останавливает Уит поток вопросов. — Ты за кого меня принимаешь?

— Ну, я подумала…

— Что я пойду допрашивать людей на панихиде, чтобы ты потом ворвалась и осуществила гражданский арест?

Я смеюсь. Мэриголд закатывает глаза.

Уит и Мэриголд решают не брать себе кофе. Каин и я допиваем свои напитки, и мы вчетвером направляемся в библиотеку, где узнаем, что зал Бэйтса — как и весь второй этаж — закрыт. Лестницу караулит охранник. Комната карт полна народу: там крутятся изгнанники из зала Бэйтса, журналисты и даже парочка полицейских. В любом случае кофе мы уже попили.

— Неужели нашли еще один труп? — Уит неуверенно шагает в сторону лестницы. Охранник недвусмысленно предлагает проходить дальше.

— Кажется, сегодня мимо, — вздыхаю я.

— Но мы же хотели обсудить наши книги! — протестует Мэриголд.

Я встречаюсь взглядом с Каином. Разве?

— Вы же с Уитом книги не пишете, — напоминает он ей.

— Вы нас вдохновили, — улыбается Мэриголд.

Я не могу не улыбнуться в ответ. Уит не выглядит особо воодушевленным.

Есть что-то очень американское в улыбке Мэриголд — она широкая, быстрая, оптимистичная. Так и представляется на фоне развевающийся звездный флаг, слышится запах яблочного пирога. Улыбка Уита похожая. А у Каина другая. Медленная, с каплей иронии, почти не размыкая губ. Тем не менее во время разговора все трое улыбаются — вот оно, наше отличие, думаю я. Австралийцы не умеют улыбаться и говорить одновременно — конечно, если не пытаются лгать. Тогда улыбка появляется невольно — это признак лжи.

— О чем размышляешь? — спрашивает Каин, разглядывая меня с любопытством.

Я рассказываю.

— Ух ты! Откуда взялась такая мысль? — Мэриголд явно не понимает, обижаться ей или нет.

— Извини… это писательское.

— Интересно. — Продолжая изучать меня, Каин наклоняет голову, и я тут же улыбаюсь. — А как ты понимаешь, когда врет американец?

— Не знаю. Может, вы не умеете врать?

Теперь охранник смотрит на нас со злобой. Очевидно, ему не нравится наше праздношатание, и, возможно, он услышал наш разговор. Одновременно мы одариваем его улыбками.

— Можем зайти в какую-нибудь бургерную у площади, — предлагает Уит. — Научим Фредди нормально улыбаться на случай, если ей придется устраиваться в «Макдоналдс».

— Я писатель, — отвечаю. — Так что вероятность не маленькая.

В это время дня в Бостонской бургерной на Бойлстон-стрит тихо. Заведение открылось всего пару минут назад, а время обеда, сулящее толпы, еще не пришло. Мы занимаем стол и заказываем луковые кольца с начос.