Книга Женщина в библиотеке, страница 20 – Сулари Джентилл

Возвращаюсь к ноутбуку с кружкой кофе и печеньем. Девушка с Фрейдом — главное действующее лицо, ее поглотил крик, а теперь еще и странные воспоминания об убитой балерине. Ее терзают никак не связанные между собой обрывки тревожных мыслей. Я пишу ее ужас с осторожностью, позволяя невысказанному вести повествование, понимая, что открытые эмоции легко превратят историю в мелодраму. Я не уверена, что значат ее воспоминания. Пока я просто играюсь с ними, изучаю их. Может, Девушка с Фрейдом — свидетельница чего-то пугающего, выжившая жертва или даже убийца?

Последний вариант я не рассматриваю всерьез. На данном этапе мне не хочется этого знать, не хочется, чтобы ответ проскользнул на страницы слишком рано и испортил загадку. Так что я еду на своем автобусе, не заботясь о том, куда он идет, а фокусируясь на ритме, скорости и том, кто заходит и где решает сесть, что делает во время поездки: разговаривает с соседом, читает книгу или просто смотрит в окно. Водитель — лишь тень, необходимость. Пока я полностью его игнорирую.

Благодаря посылке от Каина нужда похода в магазин отпала, и я не выхожу из квартиры еще два дня. Смутно понимаю, что Каин не перезвонил, но, полагаю, странно ожидать, что он позвонит сказать мне спасибо за то, что я позвонила ему и сказала спасибо. Так звонки никогда не закончатся. И все же я переживаю, насколько сентиментальным было мое сообщение… Вдруг он решил, что я все не так поняла? Господи, как же стыдно! Почему я не сказала что-нибудь смешное или нейтральное?

Довольно поздно я принимаю видеозвонок на ноутбуке, ожидая, что увижу кого-нибудь из дома. Когда на экране появляется лицо Каина, я охаю от неожиданности и отпрыгиваю в сторону. Он улыбается:

— Фредди?

Голос у него слегка неуверенный.

Я бросаю взгляд на окошко в углу экрана, где показывается то, что видит Каин. Прическа у меня как у сумасшедшей, к тому же я одета в пижаму, которую давно стоило пустить на тряпки.

— Прости. — Я пытаюсь пригладить непослушные кудри рукой. — Подумала, что ты моя бабушка…

Его правая бровь взлетает вверх, но вопросов он не задает.

— Я хотел убедиться, что ты получила корзинку.

— О да. — Я снова его благодарю и отмечаю, что оставила ему сообщение два дня назад.

— Похоже, я потерял свой телефон, — отвечает он морщась. — Честно говоря, я надеялся, что ты нашла его у себя.

— Нет… у меня его не может быть. Я бы услышала, как он звонит.

Он раздраженно вздыхает:

— Видимо, придется стиснуть зубы и купить новый.

Мы немного болтаем о том, где он мог забыть телефон. Каин спрашивает меня о романе, и я рассказываю, что в историю пробралась балерина Мэриголд. Он сидит, откинувшись на спинку вращающегося кресла. Я вижу комнату позади. Стена покрыта стикерами разных цветов и фотографиями. Их соединяют длинные нити. Его паутина.

Каин замечает, что я щурюсь в экран, и оборачивается.

— Это твой сюжет? — спрашиваю я. — Господи, ты будто в полицейском участке сидишь!

Он смеется и поднимает ноутбук, чтобы я могла увидеть, как нити убегают аж под потолок, связывая между собой множество записок на доске. Линии протягиваются по всей комнате.

— Так, — говорит Каин, — выглядит прокрастинация.

— Что же, впечатляет. — Я очарована. Это словно заглянуть в его мысли. — А помогает?