Книга Таинственный писатель, страница 16 – Сулари Джентилл

— Да. Ты прав. Книга наверняка ужасна.

Его взгляд смягчился.

— Уверен, это не так. По крайней мере, первая страница великолепна. – Он допил шампанское и снова наполнил бокал. – Дай дочитать роман, Тео. Потом обсудим, что делать дальше.

Она кивнула, решив больше ничего не говорить. Вдруг он посчитает, что она пыталась воспользоваться их отношениями? Производит ли она впечатление отчаявшегося человека? Так и есть. Производит. Но когда она такой стала? Поначалу ей просто нравилось писать, но теперь это казалось самым важным на свете. Она должна была во что бы то ни стало добиться издания книги. Ее саму коробило, как поверхностно это звучало.

Тео полюбила свой роман, как ребенка, каким он в некотором роде и являлся. Она произвела его на свет и теперь хотела, чтобы другие тоже его полюбили. Но было ли у нее право этого хотеть? Не самонадеянно ли это? Не абсурдно ли?

Она также понимала, что больше всего ей хочется, чтобы ее роман понравился Дэну Мердоку, и тот стал бы ее пропуском в мир большой литературы. Пригласил ее в свой дом и познакомил с агентами. Но он уже ответил отказом.

А что творится на кладбище Сталл? В полночь видел там странные огни. Говорят, там находятся ворота в ад. Я думал, это просто сказки, но эти огни… странно это все.

Флагман

Это фары, дебил.

Южанин

Лабиринт 32

Кладбище Сталл избрано местом первого восстания. Прочтите надписи на надгробиях: они сообщат, когда время придет. Доступ в Лабиринт мне временно закрыт, но я найду способ вернуться. Будет книга; она выйдет в обычном издательстве под обычной обложкой, и все решат, что это просто роман, но для нас, друзья мои, он станет долгожданным знаком. Он станет знаменем, проводником и манифестом тех, кто не допустит, чтобы их принесли в жертву. При первой возможности я расскажу об этом подробнее, а пока мужайтесь: проект нашей декларации уже пишется. И когда эта книга станет величайшим бестселлером в стране, они поймут, что к нам нельзя относиться легкомысленно. Крепитесь, соблюдайте правила и неусыпно следите за детьми. До связи.

МЗЧМЗ

Примус

Да! Мы знаем, что мы знаем!

Южанин

Я расшифровал надписи на надгробиях. День восстания: 15 декабря.

ВоинПатриот

Гас бросил коробки с пиццей на стол и направился в душ. Пытаясь сочетать приятное с полезным, он проложил маршрут пробежки таким образом, что тот проходил мимо пиццерии «Папа Кено».

— Поставить пиццы в духовку, чтобы не остыли? – крикнула Тео, услышав, как зашумела вода.

— Не надо, я на пять минут.

Тео достала из буфета тарелки и приборы и накрыла стол на двоих. Гас вышел из душа, обвязавшись полотенцем, и встряхнул головой, как мокрый пес.

— Гас!

— А зачем тарелки и приборы? – Он взял по ломтику пиццы из каждой коробки и сложил их сырной стороной друг к другу, как бутерброд.

— Считай, что это нервное. – Тео положила ломтик на тарелку и уставилась на него.

— Что не так? – Гас принялся за третий кусок. – Я не рассчитываю, что ты съешь столько же, сколько я, но мне даже неловко.

Тео пожала плечами.

— Нет аппетита.

Он внимательно на нее посмотрел.

— Дело в парне? Мне набить ему физиономию?

— Нет! – Тео отломила корочку. – Не надо набивать никому физиономию!

— Но если он разбил сердечко моей младшей сестренке…

— Не говори глупости, – поспешно проговорила она. – Мое сердечко в порядке.