Книга Да здравствует принц!, страница 23 – Фрэнсис Кель

— В точку.

Нет, он мне точно не нравился. Я мечтал поскорее выпроводить его из квартиры.

— Как ты смог подобраться к мистеру Эну так близко? – спросил Бойл.

— Я успешно выполнил несколько его заданий.

— Несколько?

— Восемь, если быть точнее.

— Восемь?! – воскликнул Бойл. – Это с натяжкой можно назвать несколько.

— Одним больше, – Скэриэл покрутил пальцем в воздухе, очерчивая восьмёрку, – одним меньше.

— Ладно, мы тут не математикой занимаемся, – кивнул Бойл. – Значит, ты был вне подозрения?

— Первые полгода – да. Он увеличил охрану, усложнил систему безопасности. Стало труднее брать деньги.

— Воровать, – уточнил Бойл

— Справедливо распределять финансы, – с улыбкой отчеканил Скэриэл.

— Это называется наглое хищение из-под носа.

— Наглое? Скорее бесподобное, – гордо заявил Скэриэл.

Прокурор отпил ещё немного кофе и отодвинул чашку в сторону, в то время как Скэриэл, не глядя, без слов протянул пустую бутылку мне.

— Чистокровные постараются замять это дело, – прокомментировал Бойл, переворачивая страницу устава.

— Разве они не захотят устроить скандал и привлечь как можно больше людей? – спросил Эдвард.

— Этим займутся СМИ, если информация утечёт, но сами чистокровные, а я сейчас говорю про Совет старейшин и про верхушку Академии Святых и Великих, скорее всего будут скрывать шумиху до последнего. – Бойл произнёс всё это, даже не отвлекаясь от устава. – Не думаю, что ректору Бруму хочется огласки.

Теперь Эдвард и Скэриэл обменялись взглядами, подтекста которых я не распознал. Они словно обсуждали что-то своё на непонятном мне языке мимики и жестов. Я не видел лица Скэриэла, зато мог видеть, как Эдвард смотрит на него. Скэриэл коротко мотнул головой, и Эдвард едва заметно кивнул, а затем проговорил:

— В уставе сказано, что гражданин Октавии может подать заявку на поступление в Академию, если выполнит ряд требований: например, предоставит рекомендательные письма от чистокровных, но в уставе даже не прописан возраст этих людей, такая ошибка нам на руку. Не указано, что поступать должен именно чистокровный. Гражданин Октавии, а это значит, что Скэриэл имеет право поступить. Остаётся главное – оплатить учёбу и сдать экзамен по тёмной материи. Стандартно полукровки и низшие не могут себе позволить эти три пункта.

— Получается, что Скэриэл может поступить из-за бюрократических дыр в регламенте? – спросил я.

— Да. Всё верно, – кивнул Бойл, – По закону он имеет право подать заявку. Но чистокровным законы не писаны. Они сделают всё возможное, чтобы ты и шагу ступить не смог на их территории.

Эдвард тоже допил пиво, но оставил бутылку рядом с диваном, жестом указав, чтобы я лишний раз не рыпался.

— И тобой точно заинтересуется Франк Лафар, – задумчиво проговорил Бойл. – Надо быть к этому готовым.

— Кто это? – спросил я.

Прокурор расплылся в улыбке, словно я сморозил остроумную шутку. Но тут он взглянул на меня и понял, что я не шутил.

— Благодарите всех богов, если вам ещё не довелось с ним познакомиться, – мрачно произнёс Бойл, впервые задержав на мне свой проницательный взгляд. – Он команданте Отдела Миграции Полукровок и Низших. Сумасшедший чистокровный, ненавидящий нас всех. Его называют Октавианским Крысоловом.

— Команданте? Так ещё и Крысолов? Значит, важная шишка, – скрестив руки на груди, заметил Эдвард.