Книга Люди и звери, страница 65 – Александр Трусов

Выбраться из оврага оказалось не такой уж и простой задачей. Я несколько раз пытался преодолеть склон, но постоянно скользил по мокрой от дождя листве и съезжал вниз. Только с пятой или шестой попытки, цепляясь грязными исцарапанными руками за кусты, я вылез наверх. Открыв машину, я втиснулся задом на переднее пассажирское сиденье, нашел в аптечке бинт и, стянув с себя куртку, свитер и рубашку, попытался кое-как перевязать живот и бок. Через некоторое время боль утихла, но я замерз так, что меня уже начало трясти. Последний раз взглянув на собак, которые по-прежнему оставались внизу, я пересел на водительское место. Но уезжать не спешил. К своему стыду, я так и не научился водить машину.

Прошло достаточно времени, прежде чем я решился. Я попытался вспомнить порядок управления сцеплением и педалями газа и тормоза, потом вздохнул, покачал головой и включил зажигание. «Опель» дернулся назад и наверняка свалился бы в овраг, если бы я не успел ударить по тормозам. Выкрутив руль, я попытался выехать на просеку, врезался капотом в дерево и услышал, как посыпалось стекло разбитой передней фары. В конце-концов, мне удалось каким-то чудом освоиться с управлением и даже проехать несколько сотен метров. Я попеременно тормозил и срывался с места, двигался скачками и неимоверными усилиями умудрялся контролировать машину, то и дело норовившую заехать в лес.

Мое ралли закончилось очень быстро. Через пару километров я не успел вписаться в поворот, машину занесло и под противный скрежет мнущегося металла впечатало в сосны. Стало вдруг как-то сразу тихо и спокойно. Вокруг шумел раскачиваемый ветром лес, скрипели сосны, дробный перестук дятлов доносился со всех сторон. Мне захотелось остаться здесь, забыть обо всем, отдышаться за все эти годы непрекращающейся нервотрепки. Возможно, я наконец-то смог бы взглянуть на свою едва не оборвавшуюся жизнь по-другому.

Солнце, судя по тому как быстро темнела низкая пелена подгоняемых западным ветром дождевых облаков, уже уходило за горизонт.Я бы мог попробовать пойти через лес на юго-восток, в сторону железнодорожной ветки, вдоль которой вышел бы к железнодорожной платформе Морская, но в темноте мои шансы заблудиться увеличивались стократно. Оставалось идти по просеке, которая могла бы меня вывести или к поселку, или, в крайнем случае, к Приморскому шоссе. Я надеялся, что максимум через час-полтора выйду из леса. Но я не учитывал ни свою слабость, ни потерю крови. К тому же, возможно при столкновении с деревом, я вывихнул ногу и теперь заметно хромал. Так что, когда стрелки на моих часах добежали до семи часов, я все еще ковылял посередине уходившей вдаль просеки.

Шаги за спиной я услышал через несколько минут. Кто-то бежал, легко и быстро, и я сразу понял, что это не человек. Ни убежать, ни даже испугаться времени у меня уже не было. Я успел обернуться и увидеть быстро приближающийся силуэт животного. Я был почти уверен, что знаю, кто это может быть, и не ошибся. В призрачном, пробивающимся через облака свете догорающих сумерек бежал огромный черный пес. Догнав меня, он сбавил скорость и пристроился рядом. Так мы и шли дальше вместе, вернее он шел, а я медленно тащился, чувствуя, как бинты с каждой минутой становятся все более влажными. Но настроение мое заметно улучшилось. Я уже не чувствовал себя таким одиноким. К тому же приятно было сознавать, что рядом с тобой находится тот, кто любому готов перегрызть за тебя глотку.