Книга Люди и звери, страница 54 – Александр Трусов

К тому моменту, когда выстрел из пушки в Петропавловской крепости ознаменовал полдень, в районе станции метро «Горьковская» все уже было кончено. Погибшую под колесами фургона девушку и нескольких пострадавших с разбитыми головами увезли машины «скорой помощи». Растерянных курсантов, на собственном опыте убедившихся насколько эффективно по сравнению с ними могут действовать настоящие спецподразделения, посадили в автобусы и отправили в казармы с запретом покидать территорию школы в ближайшие сорок восемь часов. Говорили, что было несколько задержанных по подозрению в организации беспорядков, но, насколько мне было известно, милиция забрала лишь нескольких не оказавших ни малейшего сопротивления человек, случайно оказавшихся в гуще событий, и которых уже через пару часов отпустили. Настоящие же зачинщики скрылись еще до того, как на площади появился ОМОН.

И только «Спецтранс» продолжал зачищать территорию. Первым делом с открытых мест убрали собачьи трупы, после чего углубились в парковую зону, чтобы отловить успевших убежать от расправы животных. В течение еще нескольких часов от памятника миноносцу «Стерегущий» и из глубины парка доносились редкие одиночные выстрелы, пугавшие немногочисленных посетителей зоопарка. Дикие звери, прислушиваясь к далекому лаю и предсмертному визгу бродячих собак, жались к стенам вольеров или прятались в своих убежищах. Они не понимали, что их опостылевшие клетки служат им самой надежной защитой от потенциальных убийц.

Представители прессы и телевидения прибыли на место происшествия как никогда поздно. Сфотографировав кровавые лужи и синий забор вокруг станции, они взяли несколько абсолютно бесполезных интервью у жителей соседних домов, а остальную и, как показали дальнейшие события, главную информацию почерпнули от руководства городского ГУВД и одного из вице-губернаторов. Когда я узнал об этом, то готов был дать голову на отсечение, что это был Жданович, и не ошибся. Впрочем, на следующий день от отсутствия объективной, как мне тогда казалось, информации Санкт-Петербург не страдал. Съемочная группа одного из телевизионных каналов заранее установила аппаратуру на крыше одного из домов и с помощью длиннофокусных объективов сняла все, что происходило у станции метро «Горьковская», от самого начала до конца.

К слову, именно на этом канале работала Татьяна, и именно от меня она получила сведения о том, что должно будет произойти 11 октября. Несколько позже я задумался над тем, хотела ли Татьяна на самом деле помешать тому, что произошло, и если да, то почему она этого не сделала? Ведь если бы для нее было более важным предотвратить кровопролитие, а не зафиксировать его на пленку ради получения сенсационного материала, то она, по всей видимости, должна бы была вести себя совсем по-другому. Впрочем, логический ход моих рассуждений нарушила нелицеприятная мысль о том, почему же я сам ничего не сделал для того, чтобы этот день для нескольких живых существ не стал последним. Ведь у меня была такая возможность, но я, то ли потому что не мог, то ли потому что мне так было удобно, ничего не предпринял. Я не знал, что даже при всем моем желании у меня бы ничего не получилось. Я не понимал тогда, что мы были всего лишь пешками в большой игре.