Книга Имя нам Легион. Том 18, страница 73 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

Сопровождавший гвардеец неслышно растворился, оставив меня наедине с экзотическими растениями. Я неторопливо прогуливался, пока у куста с яркими цветами, отлично чувствующими себя в условиях русской осени, не услышал тихий голос:

— Ростислав говорил, ты не любишь церемонии, предлагаю пропустить их и не терять времени напрасно. — Появившийся из невидимости аристократ вежливо наклонил голову в знак приветствия.

Раньше я видел его только по телевизору, обычным людям вообще редко удается лично пообщаться с правителем Российской империи. Обычный на вид мужчина с короткой бородкой излучал явную опасность. Я и без справки Андрея сразу почувствовал его сильный дар.

— Ваше Величество, — поклонился ему согласно требованиям этикета. — Рад приветствовать.

— Покровский, вот уж от кого, а от тебя не ожидал пустого лизоблюдства. — Он слегка поцокал языком, демонстрируя царственное неодобрение.

— Я выразил уважение, обычная вежливость. — Слегка улыбнувшись, поискал взглядом, куда можно присесть. — А то вдруг меня сейчас бросят в темницу за оскорбление чести.

— Если бы я хотел посадить тебя, думаешь, мне бы понадобилось искать причину? — с показным дружелюбием рассмеялся Александр. — Существует отличная поговорка — был бы человек, а статья найдётся.

— Тоже верно, — согласился с ним нейтральным тоном. — Чем я заслужил возможность неформального общения с самим императором?

— Ты же умный парень, сам мне скажи. — Понятно, меня проверяли. Александр внимательно наблюдал за моим поведением, хотел знать, не снесёт ли мне голову от открывшихся перспектив. Не собираясь изображать из себя не пойми кого, ответил ему в своём стиле, то бишь максимально прямо:

— Если Ростислав не лгал, Медведевы находятся в тяжёлой ситуации, с которой я могу помочь справиться.

— Почему ты думаешь, что он мог врать? — удивился мой собеседник, не знаю, насколько искренне. Российский император отлично контролировал мимику, у Андрея пока не получалось его проанализировать.

— Так это же его работа, — ответил с демонстративным удивлением. — Разве нет?

Император изволил долго смеяться, похоже, искренне. Сдержанность с воспитанием не давали ему откровенно заржать, но, думаю, он был близок. Вытирая выступившую слезу, он улыбнулся гораздо теплее прежнего:

— Обязательно передам Ростиславу мнение о его работе с твоей точки зрения, — пообещал он многозначительным тоном. — Пока предлагаю обсудить более насущные вопросы. Следуй за мной.

Зимний сад оказался совсем небольшим, мы прошли его практически насквозь, достигнув красивой беседки, надёжно укрытой широкими пальмовыми листьями, папоротником и неизвестными мне растениями. На белокаменных колоннах не скрываясь висели защитные артефакты, полагаю, другие одарённые не смогут нас подслушать.

Обстановка меня удивила, она была подчёркнуто простой: пара обычных кресел, круглый столик, исходящий паром серебряный чайник и такие же стаканы, блюдо с разными пирожными. Такое место соответствовало барону, максимум обедневшему графу, но никак не правителю могущественной державы.

Александр сам разлил нам благоухающий напиток, жестом предложив угощаться. Я не отказался, повару отлично удалось кремовое пирожное. Чай тоже был хорош, такой точно нельзя купить в магазине. Пока я ел, сидевший напротив мужчина внимательно смотрел мне в глаза, будто пытался заглянуть в самую душу.