Книга Имя нам Легион. Том 20, страница 72 – Евгений Лисицин, Дмитрий Дорничев

Обычно пустынники рыли в земле ямы, оставляя торчать голову пленника. Пара дней на жарком солнце гарантированно причиняла жуткие страдания, те, кого не вытаскивали, умирали в страшных мучениях. Обитатели Тартуса были значительно выносливее людей, могли выдержать дольше.

Ещё меховик вспомнил про небольшие помещения без вентиляции, куда набивали по двадцать-тридцать человек. Они справляли нужду в единственное ведро, кормёжка состояла из протухшей личиночной пасты и хлеба без воды.

Помнится, я тогда спросил у него, не хочет ли он переквалифицироваться в палачи, больно изощрённые у него получались пытки. Это же нужно придумать что-то пострашнее пищевых пайков Федерации. Сейран не понял, чем вызвано недовольство, с виноватым видом внимая подробному объяснению.

Тартус во многом являлся экспериментом. Я хотел превратить его в процветающий промышленный мир и источник бесконечных денег. Невозможно достигнуть поставленной цели без создания общества упёртых трудоголиков. Лучшим мотиватором всегда служила личная выгода, честный, эффективный труд должен вознаграждаться.

В вышеназванную схему плохо укладывались идеи Сейрана, так осуждённые не вернутся в общество после отбытия наказания и перестанут работать. Можно, конечно, запугать людей тюрьмой, но слишком многие считают себя самыми умными, которые точно не попадутся. Гораздо эффективнее поместить их в более-менее приличную среду и там заниматься их перепрограммированием…

На мой взгляд, заключённым в тюрьмах должны читать лекции, наглядно показывать, сколько они упустили возможностей из-за копеечной выгоды, дать редкую и нужную нам специальность. Вот не поддающихся перевоспитанию самых закоренелых преступников можно поместить в специальные тюрьмы, изолировав их от общества, но это точно не для первоходов.

Вот почему арестованные Сейраном неизвестные попали в приличную камеру первичного задержания вместо вонючей пещеры или ямы в песке. Они не очень успешно пытались заснуть на узких кроватях, не рассчитанных на внушительные габариты новых постояльцев. Мы же строили их с расчётом на меховиков, жуков и серокожих гигантов, а не крайне жирных свинов. Суровая жизнь пустынников не предполагала лишнего веса.

Брошенные в уютные камеры незнакомцы не принадлежали Федерации. Точнее, они являлись её гражданами, но не относились к чиновникам. Через толстые прутья на меня смотрели семь пухлых раскормленных свиных морд в весьма помятых костюмах. Представители крупнейшей корпорации «Галактик Индастриз», некогда продавшей нам территории на Тартусе.

— Это возмутительно! — возмутился их лидер визжащим голосом, а шестёрка шестёрок одобрительно подхрюкивала. — Вы не имеете права держать нас в этой дыре!

— Неужели? — По знаку Сейрана его миловидная помощница с мягким на вид мехом поставила перед изолированной камерой стул. Мы находились в новой мэрии, где в подвале обустроили небольшую тюрьму для важных преступников. — Зря вы так отзываетесь о нашем гостеприимстве, мы очень старались обеспечить вам максимальный комфорт.

Я не врал, вообще не люблю этого делать. Тут и кровати лучше, и вентиляция есть, и лампой в глаза не светим. Продолжат визжать — живо обеспечу им перевод в другое место. Будут лежать в абсолютно пустой комнате, раз в сутки есть питательную пасту и выйдут на свободу, когда сбросят по центнеру на брата.