Книга Инстинкты страждущих сердец, страница 32 – Аманда Брайант

Он принес старый тяжелый ящик, который прежде загромождал усыпальницу фараона. В нем хранились ритуальные глиняные фигурки, с древних времен именуемые как ушебти.

─ Вы вернулись!? ─ обмолвилась Мэделин.

─ Более ли менее, ─ ответил ей Спотч.

─ Что хотел Гаулктон?

─ Как всегда испортить кому-то нервы.

─ Почему же, я не удивлена.

─ Что с нашей письменностью? Узнали что-нибудь новое?

─ Думаю да. Оказывается, что Псусеннес взошел на престол после трагической смерти своего брата. Что именно произошло с Аменемнису неизвестно, но очевидно, что умер он не своей смертью. Это объясняет столь краткий срок его правления.

─ Что ж, весьма впечатляет. Продолжай в том же духе, но только уже с ушебти.

Мистер Спотч снова вышел из кабинета, прихватив с собой полутораметровый папирусный свиток.

─ Что еще за ушебти? ─ изъявил любопытство Донат.

─ Это погребальные статуэтки, ─ дала ответ Мэделин. ─ Древние египтяне помещали их в могилы умерших, чтобы они выполняли необходимые обязанности по отношению к усопшему. Порой число ушебти могло соответствовать количеству дней в году. В сущности, они должны были замещать умершего на работах в загробных полях Осириса.

─ Ты в это веришь?

─ В это верили египтяне. Традиции древнего царства соблюдались беспрекословно.

─ Я ожидал услышать другое. Странно, что ты не хочешь отвечать.

─ Я ответила. Ты что плохо слышишь?

─ Я спросил, веришь ли ты в загробную жизнь и никакого ответа, пока что, не получил.

─ Ты спросил не об этом.

─ Думаю, ты меня поняла.

─ Не совсем, если честно.

Не прошло и минуты, как Мэделин вывела Доната из себя. Конечно, он вел себя как мужчина, но внутри него кипел настоящий вулкан. Он задал прямой вопрос и хотел бы услышать, такой же прямой ответ. Однако же его не услышал.

─ Как же мне охота уйти, ─ сказала Апола измученным презрительным тоном. ─ Знаешь, я увидела как это здорово, когда на тебя возлагают ответственность. И, кажется, с меня хватит. К тому же, я не думала, что это затянется так надолго.

─ Примерно так, я чувствовала себя вчера, ─ ответила Мэделин.

─ Это не честно. Ты посетила лучшую вечеринку в городе. А я наискучнейшее научное исследование.

─ По-моему, вполне равнозначно.

─ Вы что заключили пари!? ─ показалось услыхавшему Донату.

─ Тебя это не касается.

─ Не думал, что ты окажешься такой грубиянкой.

─ Мистер Спотч просил меня быть с тобой вежливой. Так что, не слишком- то обольщайся моей тактичности.

─ Да что я тебе сделал? Ты словно меня ненавидишь.

─ Сказать по правде, ты действуешь мне на нервы.

─ И можно узнать почему!?

─ Уж больно ты вездесущ.

─ А, по-моему, ты просто меня невзлюбила.

─ Одно не исключает другое.

─ Кстати, пока не забыл. Что это вы вчера вытворяли? Ясмина мне так ничего и не объяснила.

Сестры замешкались, и одновременно с этим в кабинет вошел Гаулктон.

─ Порой мне кажется, что все вы лишь сборище жалких неудачников, ─ заверещал профессор, бросив шкатулку на, обтянутый кожей, диван. ─ Неужели так трудно открыть эту чертову шкатулку.

Всех он ужасно раздражал, но единственное, что оставалось это терпеть и молчать, поскольку ему ничего бы не стоило лишить каких-либо полномочий любого, вздумавшего вступить с ним в распри. Конечно же, Донату бы это не грозило, так как с этим тираном по значимости он был наравне. Да и профессор с учетом всей своей изворотливости, такой ошибки явно бы не допустил. Он знал с кем можно использовать статус, а с кем нет.